Quote Feb 3, 03:05 AM

Фёдор Тютчев о невысказанном

Фёдор Иванович Тютчев

About

Мысль изречённая есть ложь. Взрывая, возмутишь ключи, — питайся ими — и молчи. Как сердцу высказать себя? Другому как понять тебя? Поймёт ли он, чем ты живёшь? Лишь жить в себе самом умей — есть целый мир в душе твоей таинственно-волшебных дум.

1x

Comments (0)

No comments yet

Sign up to leave comments

Read Also

Михаил Булгаков о трусости
Quote
1 day ago

Михаил Булгаков о трусости

Трусость — самый страшный порок. Всё будет правильно, на этом построен мир. Человеку нужно верить, ибо страх — это то, что губит нас изнутри, лишает воли и превращает в марионеток собственных сомнений.

0
0
Марина Цветаева о природе любви
Quote
2 days ago

Марина Цветаева о природе любви

Любить — видеть человека таким, каким его задумал Бог и не осуществили родители. Не любить — видеть человека таким, каким его осуществили родители. Разлюбить — видеть вместо него: стол, стул.

0
0
Борис Пастернак о призвании художника
Quote
3 days ago

Борис Пастернак о призвании художника

Цель творчества — самоотдача, а не шумиха, не успех. Позорно, ничего не знача, быть притчей на устах у всех. Но надо жить без самозванства, так жить, чтобы в конце концов привлечь к себе любовь пространства, услышать будущего зов.

0
0
Письмо к себе из будущего
Poetry Continuation
30 minutes ago

Письмо к себе из будущего

Ты скажешь — это я? Не узнаю. В зеркальной раме — профиль незнакомца. Год сорок пятый. Или шестьдесят. Время течёт, как свет из-под оконца. Я пишу тебе — себе — из ниоткуда, из точки, где пространство — только слово, где память — это главная причуда, а будущее — прошлого основа.

0
0
Собачье сердце: Последний эксперимент профессора Преображенского
Classic Continuation
about 3 hours ago

Собачье сердце: Последний эксперимент профессора Преображенского

Прошло два года с тех пор, как Шарик вновь обрёл свой истинный облик. Профессор Филипп Филиппович Преображенский сидел в своём кабинете, погружённый в размышления. За окном догорал московский закат, окрашивая стены в багровые тона, а пёс мирно дремал у его ног, изредка подёргивая лапами во сне. Доктор Борменталь вошёл без стука — привилегия, дарованная ему годами совместной работы и безграничным доверием учителя. В руках он держал папку с бумагами, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

0
0