Издатель XIX века переписывал книги без согласия авторов — и они благодарили его, потому что он был прав

Кемиль де Мирибель был респектабельным парижским издателем. Его имя ассоциировалось с качеством. Писатели считали его честным. Он платил гонорары (хотя и меньше, чем обещал). Он выпускал красивые книги. Он казался джентльменом.

Его письма к помощнику рисуют совсем другого человека.

«Роман Морера слишком длинный. Третья часть — пытка. Я переписал ее сам. Морер не заметит разницы. И не нужно ему знать.»

«К Лабушету: скажите, что я усилил финал. На самом деле я заменил его целиком. Его финал был слезным. Я сделал его сильным. Книга будет продаваться лучше. И это правда.»

По письмам видно: де Мирибель был редактором-революционером. Он видел текст глазами читателя, а не автора. Он рубил диалоги, которые казались ему пустыми. Усиливал сцены, которые казались вялыми.

Литературовед Сабина Мор сравнила опубликованные версии с рукописями авторов, которые сохранились в архивах. Вывод потрясающий: почти каждая книга была изменена. Кардинально.

Но вот что странно: авторы, когда узнавали, не возмущались. Некоторые благодарили его. Потому что де Мирибель был прав. Его редактирование работало.

«Это цинизм доброй воли,» — пишет Мор. «Он нарушал авторские права во имя того, чтобы книги были лучше. Вопрос — может ли издатель быть благодетелем против воли автора? И если результат хороший, то может ли быть преступлением?»

Де Мирибель умер не разоблаченным. Авторы хранили его секреты. Потому что его секреты их спасали.