Утопленница из раздевалки

Работаю тренером в бассейне «Дельфин» небольшого городка под Тулой, веду группу здоровья для пенсионеров по вторникам и четвергам. Народ там боевой — Нина Петровна в свои семьдесят три плавает баттерфляем лучше иных студентов.

В прошлый четверг случилось ЧП.

Занятие шло обычным чередом: разминка у бортика, потом заплыв. И вдруг кто-то из женщин в дальнем углу заорала так, что эхо пошло по всему залу: «Там кто-то утонул!»

Все врассыпную. Кто к бортику жмется, кто вообще из воды выскакивает, хотя воды там по грудь.

Смотрю — действительно, что-то темное покачивается на поверхности, метрах в трех. Кинулся спасать, как учили, ныряю, хватаю.

В руках — парик.

Обычный женский парик, каштановый, средней длины, с аккуратной укладкой. Плавает себе, как дохлая выдра, и никто, кроме меня, разобраться не успел.

Выяснилось быстро: у Аллы Викторовны, восемьдесят один год, после химиотерапии волосы не отросли, парик она носит и в бассейне не снимает — стесняется. А тут резинка на шапочке подвела, парик соскользнул под шапочку и вынырнул отдельно, аккурат в тот момент, когда все отвернулись.

Алла Викторовна сидела в углу бассейна, красная, вода до подбородка, и шепотом просила никому не говорить.

Не говорить, ага. Весь городок уже неделю спустя знал историю в подробностях, с добавлениями — будто это была русалка, а не парик.

Но самое интересное дальше. Через месяц Алла Викторовна пришла на занятие уже без парика вообще. Сказала — хватит прятаться, чего бояться-то, все свои. Группа ей аплодировала стоя. В воде, конечно, но все равно стоя.

Правда, в тот суматошный четверг у меня с форменного жилета оторвалась пуговица — так и осталась лежать на кафеле у бортика, никто не заметил, только уборщица потом ворчала.

А тот парик, кстати, я так и не вернул сразу — высушить же надо было. Так он у меня в раздевалке неделю на швабре сох, пугал ту же уборщицу по вечерам.