Десять тысяч шагов, или Часы, которые меня воспитывают

Вы вдумайтесь: раньше человек ходил, потому что надо было куда-то дойти. В магазин. На работу. К теще, чтоб ее. А теперь я хожу просто так. По кругу. По кухне. Потому что на руке у меня сидит начальник.

Маленький. Черный. Ремешок силиконовый — и командует.

Подарили мне их на день рождения. Дочь. «Папа, — говорит, — будешь следить за здоровьем». Спасибо, доча. До этого я как-то жил и здоровье мое за мной не следило, а тут — на тебе. Теперь оно на запястье и все про меня знает. Сколько я сплю. Как бьется сердце. И — главное — сколько я прошел.

Норма — десять тысяч шагов. Кто придумал десять — я не знаю. Почему не восемь? Почему не пятнадцать? Взяли круглую цифру и повесили мне на руку, как приговор.

И вот сижу я вечером. Устал. День был — не приведи господь. И тут часики так вежливо: «Вам осталось две тысячи двести шагов до цели». До какой цели, родные? Я уже пришел. Я дома. Цель достигнута — я в тапках.

Но им же не объяснишь.

И вот я встаю. Одиннадцать вечера. Жена спит. И я, взрослый мужчина, начинаю ходить по квартире. От окна — к двери. От двери — к окну. Кот проснулся, смотрит на меня, как на дурака. Правильно смотрит.

Жена приоткрыла глаз: «Ты чего бродишь?» Я говорю — шаги добираю. Она: «Каких еще шаги, ложись». Не понимает. Она человек старой формации, она ходит, когда надо. А я хожу, когда велят.

Прошел я коридор туда-обратно раз сорок. Смотрю — прибавилось всего восемьсот. Восемьсот! А коридор у меня, между прочим, шесть метров. Я, получается, уже полкилометра намотал между спальней и туалетом. Марафон местного значения.

И знаете, что обиднее всего? Иногда я реально хожу. По-настоящему. В магазин, обратно, с пакетами — руки оттянул. А часы молчат. Потому что рука занята пакетом и не качается. Не засчитали! Я, значит, груз пер, спину надорвал — а по документам я стоял на месте.

Зато трясу рукой в очереди на кассе — начисляют. Стой и тряси. Со стороны — припадочный. А по статистике — спортсмен.

Дошло до того, что я стал хитрить. Привязал часы к коту. Кот же бегает. Пусть, думаю, отработает. Утром смотрю — двадцать тысяч шагов. Личный рекорд. Дочь звонит: «Папа, ты герой!» Я герой, да. Только герой всю ночь спал, а бегал за него рыжий.

Вот вам и весь прогресс, дорогие мои. Раньше мужик доказывал, что он молодец, делами. Дом построил, дерево посадил. А теперь — трясет рукой в метро и ждет, когда железка похвалит.

И ведь ждешь. И радуешься, когда она вибрирует: «Поздравляем, цель достигнута!» Стоишь дурак дураком посреди кухни, в трениках, и улыбаешься.

Потому что хоть кто-то в этом доме сказал тебе, что ты сегодня — молодец.