Лиса-стажер на буровой

Работаю поваром на вахте, буровая под Ноябрьском, Тюменская область. Двадцать один день через двадцать один, кухня на полста человек, борщ ведрами, а не кастрюлями.

Лиса появилась в сентябре, худая, облезлая, но нахальная — страх потеряла напрочь. Сначала таскала объедки из бака, потом обнаглела и стала подбираться прямо к вагончику-столовой.

Тушенку она полюбила особенно. Банки «Главпродукт» — по сто двадцать рублей штука по тем ценам, между прочим, — исчезали с полки регулярно. Списывал я это сперва на буровиков, ночную смену подозревал. Оказалось — зря грешил на людей.

Поймал я ее с поличным случайно. Ночью вышел за дровами, слышу — скрежет у подсобки. Свечу фонариком — а там она, родимая, банку когтями подцепила и волочет через дыру в заборе, будто вор-домушник с награбленным добром.

Мужики узнали — начался цирк. Кто ловушки предлагал, кто ружье притащить хотел, я не дал, живодерство ни к чему. Придумали компромисс: класть ей отдельно, за вагончиком, чтоб склад не грабила.

Прижилась она у нас капитально. К декабрю уже сама выходила к обеду, будто по расписанию — знала, что в час дня повар выносит помои. Буровики ее Стажеркой прозвали, за то что «работает» без выходных и без больничных.

А в феврале случай был. Медведь-шатун забрел на территорию, редкость для тех мест, но бывает — если берлогу не нашел вовремя. Лиса первая учуяла, подняла такой визг у забора, что вся смена повскакивала. Успели фальшфейеры зажечь, медведя отпугнули без потерь.

После этого случая начальник участка распорядился официально включить ее в рацион питания — не в смысле съесть, тьфу, а в смысле выделять паек. Так и завели графу в накладной: «прочие расходы, довольствие животных».

Я так скажу: премию за бдительность Стажерка честно заслужила, не то что некоторые из ночной смены, которых я по молодости в краже тушенки подозревал.