Подкаст «Платок»: кипрское дело, которое не раскрыли за четыреста лет

ПОДКАСТ «ПЛАТОК: TRUE CRIME АНТИЧНОСТЬ»
Сезон 2, выпуск 14
Продолжительность: 48:23
Записано: студия «Остров», Москва
Спонсор выпуска: приложение «НеВерь.ру» — проверь партнера до того, как он проверит тебя

---

[00:00:00]

ЛИЗА: Привет, это «Платок». Подкаст, где мы берем старые дела — очень старые, иногда четырехвековой давности — и разбираем их так, будто они произошли вчера. Со мной Артем.

АРТЕМ: Здорова.

ЛИЗА: Сегодня — Кипр. Военный гарнизон. Генерал-лейтенант Отелло Мавр, командующий венецианскими войсками на острове, задушил свою жену Дездемону в их спальне. Ночью. Подушкой.

АРТЕМ: Подушкой.

ЛИЗА: Да. И потом — сам. Ножом. Тут же, у кровати.

АРТЕМ: То есть он даже не пытался бежать.

ЛИЗА: Нет. Вообще нет. Стоял, ждал, пока прибежит свита, произнес речь — довольно складную для человека, который только что убил жену, — и зарезался. Прямо при всех.

[00:01:48]

АРТЕМ: Окей, давай по порядку. Потому что я читал материалы, и у меня ощущение, что я схожу с ума. Там все дело — на одном платке.

ЛИЗА: На одном носовом платке с вышитыми земляничками. Это подарок матери Отелло, семейная реликвия. Он подарил его Дездемоне, а дальше начинается... ну.

АРТЕМ: Цирк.

ЛИЗА: Не то слово.

[00:02:35]

ЛИЗА: Итак. Ключевая фигура во всей этой истории — не Отелло. И не Дездемона. А знаменосец по имени Яго. Должность — прапорщик, если переводить на наши реалии. Человек, которого Отелло не повысил. Вместо него лейтенантом стал Микеле Кассио.

АРТЕМ: Ну и? Не повысили — подай рапорт, уволься, напиши анонимку в штаб. Зачем разрушать чужой брак?

ЛИЗА: Вот. Вот это вопрос, который мы сегодня будем жевать все сорок минут. Потому что Яго — это не просто обиженный карьерист. Это... инженер. Архитектор.

АРТЕМ: Звучит как подводка к рекламе.

ЛИЗА: (смеется) Нет. Хотя... Друзья, этот выпуск спонсируется приложением «НеВерь.ру». Проверьте переписки партнера, его геолокацию и — внимание — историю подарков. Используйте промокод ПЛАТОК для бесплатной недели. Шучу. Но Отелло бы оно пригодилось.

[00:04:12]

АРТЕМ: Ладно, давай к схеме. Как Яго это провернул?

ЛИЗА: Пошагово. Первый шаг — Яго организует пьянку. Кассио не умеет пить; вообще не умеет. Три кубка вина — и он лезет в драку с Родриго, ранит экс-губернатора Монтано. Скандал. Отелло снимает Кассио с должности.

АРТЕМ: И Кассио в отчаянии.

ЛИЗА: Натурально. А тут Яго: «Слушай, попроси Дездемону замолвить за тебя словечко. Она жена генерала, он ее обожает, она добрая — поможет».

АРТЕМ: Звучит как нормальный совет.

ЛИЗА: В этом-то и дело! Каждый отдельный шаг Яго выглядит как добрый совет. Он всем помогает. Всем! Он — этот друг, который всегда на твоей стороне. Знаешь таких? У которых глаза чуть-чуть слишком внимательные.

АРТЕМ: У меня от таких людей чешется затылок.

[00:06:30]

ЛИЗА: Второй шаг. Дездемона начинает просить Отелло вернуть Кассио на должность. Часто. Настойчиво. «Милый, ну когда ты его восстановишь? Завтра? Послезавтра? За обедом поговорим?»

АРТЕМ: И Яго стоит рядом и роняет фразочки.

ЛИЗА: Именно. Тихие такие. Полувопросы. «Хм. Это ведь не Кассио сейчас отошел от вашей жены? Нет? А, показалось. Нет-нет, ничего, забудьте». Вот этот вот стиль.

АРТЕМ: Газлайтинг.

ЛИЗА: Газлайтинг уровня «бог».

[00:08:14]

АРТЕМ: Теперь платок.

ЛИЗА: Теперь платок. Жена Яго — Эмилия — служит горничной у Дездемоны. Платок падает. Случайно. Дездемона обронила. Эмилия подбирает. Яго давно просил — «принеси мне этот платок». Она приносит. Дальше — Яго подбрасывает платок в комнату Кассио.

АРТЕМ: Подожди. Дездемона не заметила, что потеряла семейную реликвию?

ЛИЗА: Заметила! Потом. Но не стала поднимать панику. А Отелло уже спросил: «Где платок?» А она: «Не потеряла, дома где-то». Соврала. Не потому что виновата — потому что испугалась.

АРТЕМ: Господи.

ЛИЗА: Ага. И Отелло слышит: вранье. А Яго слышит: все идет по плану.

[00:10:45]

АРТЕМ: У нас есть запись с экспертом. Анна Викторовна Штерн, клинический психолог, специализация — деструктивные отношения.

[ВСТАВКА — запись по видеосвязи]

АННА ШТЕРН: Яго использует классическую триаду: изоляция, обесценивание, контроль информации. Обратите внимание — Отелло на Кипре оторван от привычного окружения. У него нет друзей, кроме... Яго. Единственный источник информации о том, что происходит в гарнизоне, — Яго. Дездемона тоже изолирована; она приехала за мужем, она никого не знает. Идеальная лабораторная среда для манипуляции.

ЛИЗА: А можно ли было на раннем этапе — ну, заметить?

АННА ШТЕРН: В теории — да. Красные флаги были. Яго ни разу не сказал ничего прямо. Ни одного конкретного обвинения. Все — намеками, паузами, «я не хотел бы говорить, но...». Это характерный паттерн. Человек, который действительно видел измену, обычно выпаливает: «Я видел, как они целовались у колодца во вторник в шесть вечера». А Яго говорит: «Мне бы не хотелось... впрочем, нет, забудьте, мой генерал».

АРТЕМ: То есть сама расплывчатость — это маркер.

АННА ШТЕРН: Абсолютно. Конкретные обвинения можно проверить. Расплывчатые — нельзя. Они поселяются в голове и... ну, растут. Как плесень. Простите за сравнение.

[00:14:02]

ЛИЗА: Мне вот что не дает покоя. Отелло — боевой генерал. Он командовал армиями. Он принимал решения, от которых зависели тысячи жизней. Как — как! — такой человек поверил в измену жены на основании: а) потерянного платка, б) невнятных намеков прапорщика, и в) того, что Дездемона попросила за коллегу?

АРТЕМ: Так. Я попробую.

ЛИЗА: Давай.

АРТЕМ: Он чужой. Он — мавр в Венеции. Темнокожий генерал среди белых аристократов. Дездемона — дочь сенатора. Отец был против. Совет рассматривал их брак чуть ли не как дело государственной важности. И Яго бьет именно сюда: «Она обманула отца — обманет и вас». «Она вышла за вас — против природы — значит, может и изменить вам — против природы».

ЛИЗА: Против природы. Офигеть.

АРТЕМ: Яго использовал расизм как рычаг. Прямым текстом. «Она отвергла всех женихов своей страны, своего цвета кожи». Подразумевается: это ненормально. Значит, и верность ее ненормальна. Временна.

ЛИЗА: Тишина.

АРТЕМ: Отелло и сам в это верил. Где-то внутри. Не верил, что достоин. Яго не вложил в него новую мысль — он нашел старую и раздул.

[00:17:33]

ЛИЗА: У нас есть еще одна вставка. Мы связались с Бьянкой — куртизанкой из кипрского гарнизона, подружкой Кассио. Она согласилась поговорить анонимно. Ну, «анонимно». Весь Кипр знает, кто она.

[ВСТАВКА — телефонный звонок, шум ветра]

БЬЯНКА: Кассио пришел ко мне с этим платком. Говорит: «Нашел у себя, не знаю чей. Скопируй вышивку, мне нравится узор». Я, дура, начала копировать. Потом узнала, что это платок жены генерала. Психанула, швырнула ему в лицо. А он стоит такой — ничего не понимает. Как баран.

ЛИЗА: А Отелло в этот момент наблюдал издалека?

БЬЯНКА: Видимо, да. Яго ему показал: смотрите, мол, ваш платок — у Кассио, а Кассио передает его шлю... ну, мне. Но я-то не знала! Мне-то никто не объяснил, что это вещественное доказательство!

АРТЕМ: Вы — ключевой свидетель, и вас даже не допросили.

БЬЯНКА: (горько смеется) Меня? Допросить? Я — куртизанка. Меня в зал суда бы не пустили.

[00:21:09]

ЛИЗА: Хорошо. Давай к финалу. Потому что финал — это... я перечитывала три раза. Каждый раз — тошно.

АРТЕМ: Давай.

ЛИЗА: Ночь. Отелло входит в спальню. Дездемона спит. Он — со свечой. Говорит что-то вроде: «Я не пролью твоей крови. Но ты должна умереть, иначе обманешь других мужчин». Будит ее. Говорит: молись. Она не понимает. Он: «Ты изменила мне с Кассио». Она: «Нет! Позовите его! Он подтвердит!» Он: «Кассио мертв». Это неправда, Кассио жив, — но она-то не знает.

АРТЕМ: И она плачет.

ЛИЗА: Она рыдает. Просит дать ей еще одну ночь. Полчаса. Прочитать одну молитву. Он — душит. Подушкой. Она еще жива, когда прибегает Эмилия. Стучит в дверь. Он открывает. Дездемона — еще дышит. Последние слова: «Я невинна. Прощай. Передай моему доброму мужу...» — и умирает.

АРТЕМ: Она его защищает. Умирая.

ЛИЗА: Да.

[00:24:50]

АРТЕМ: А потом — разоблачение. Эмилия. Жена Яго. Крохотная, незаметная Эмилия, которая всю пьесу молчала в углу и подбирала чужие платки. Она входит — видит Дездемону — и все понимает. «Платок? Я нашла его и отдала мужу! Он просил! Я не знала зачем!»

ЛИЗА: Яго пытается ее заткнуть.

АРТЕМ: Яго приказывает ей молчать. Потом — бьет. Потом — убивает. Свою жену. Прямо при всех, при свидетелях. Ножом. Потому что она начала говорить правду.

ЛИЗА: И вот тут Отелло...

АРТЕМ: И тут Отелло все понимает. Разом. Как будто лифт оборвался и летит в шахту. Все — ложь. Платок — подстава. Кассио — невиновен. Дездемона — невинна. И он — он убил единственного человека, который его любил.

[00:27:15]

ЛИЗА: Знаете, что меня добивает? Мотив Яго. Вернее — отсутствие внятного мотива. Он не получил должность. Ну... ладно. Он подозревал, что Отелло спал с Эмилией. Но сам говорит: «Я не знаю, правда ли это». Ему достаточно подозрения. Ему вообще не нужна причина. Ему нравится ломать.

АРТЕМ: Кольридж назвал это «беспричинная злоба».

ЛИЗА: Motiveless malignity. Да. И это — самое страшное. Потому что от Яго нельзя защититься. Он не хочет денег. Не хочет власти. Ну, хочет, но это побочный продукт. Он хочет смотреть, как чужая жизнь разваливается. И чтобы при этом все думали, что он — честный Яго. Honest Iago. Его так и зовут.

АРТЕМ: Его зовут «честный Яго». Обалдеть.

[00:30:44]

ЛИЗА: Перед тем как мы закончим — комментарии слушателей из прошлого выпуска. @marina_reads пишет: «А почему Отелло не поговорил с Дездемоной нормально? Сел бы, спросил: дорогая, что за история с Кассио?»

АРТЕМ: Марина. Марина, дорогая. Он спрашивал. Но он уже решил. Он не спрашивал — он допрашивал. Это разные вещи. Когда ты уже знаешь «правду», любой ответ — подтверждение. Она говорит «нет» — значит, врет. Она плачет — значит, виновата. Она зовет свидетелей — значит, в сговоре.

ЛИЗА: Это называется confirmation bias. Или, по-русски, — «я уже все решил, не мешай мне фактами».

АРТЕМ: У @kirill_spb вопрос: «А что было с Яго потом?»

ЛИЗА: Арестован. Допрошен. Приговорен к пыткам. Но — и это важно — он отказался говорить. Последние его слова в тексте: «С этого часа я не скажу ни слова». И не сказал.

АРТЕМ: То есть мы так и не узнаем зачем.

ЛИЗА: Нет. Не узнаем.

[00:34:20]

АРТЕМ: Один момент еще. Про доказательную базу. Если бы это дело рассматривалось в современном суде — вообще в любом суде — оно бы развалилось за пять минут. Улика — носовой платок, найденный у третьего лица. Показания единственного свидетеля, который сам является подозреваемым. Ни одного прямого доказательства. Ни переписки, ни свидетелей, ни камер (окей, камер не было), ни даже нормального косвенного.

ЛИЗА: Там нет ничего. Вообще ничего. Есть — интонации Яго.

АРТЕМ: Генерал убил жену из-за интонаций прапорщика.

ЛИЗА: (пауза) Да. Вот так.

[00:37:55]

ЛИЗА: Итого. Четыре трупа: Дездемона, Эмилия, Родриго (его Яго тоже зарезал по ходу дела, мы не успели), Отелло. Один арестованный. Один раненый — Кассио, которого повысили до губернатора Кипра, потому что больше некого.

АРТЕМ: Кассио стал губернатором?

ЛИЗА: Ну а кто? Все остальные мертвы.

АРТЕМ: Повышение методом исключения. Мечта карьериста.

ЛИЗА: (смеется) На этом — все. Подписывайтесь, ставьте звездочки, пишите в комментарии: вы бы поверили Яго? Или у вас бы чесался затылок?

АРТЕМ: У меня бы чесался.

ЛИЗА: У тебя всегда чешется.

АРТЕМ: Это профессиональная деформация.

ЛИЗА: Пока.

АРТЕМ: Пока.

[00:40:12]

[Музыкальная отбивка. Звук печатной машинки — зачем-то.]

АВТОМАТИЧЕСКИЙ ГОЛОС: Подкаст «Платок» выходит каждый вторник. Следующий выпуск — «Раскольников: почему топор?». Все совпадения с реальными людьми случайны. Хотя Яго — реален. Он рядом. Проверьте свои контакты.

[Конец записи]