Скорая помощь миру Аэн

Ринат Валеев отпахал сутки на скорой в Казани, отписал последнюю карту, сдал наркотические под роспись — и мечтал ровно об одном. Доехать. Лечь. Не думать.

Не доехал.

Уснул на заднем сиденье попутки где-то на объездной, под бубнеж радио про пробки. А проснулся на траве.

Трава была не та.

Слишком мягкая, слишком синяя по краям, и пахла не бензином и не пылью, а чем-то вроде мяты, которую подожгли. Над головой висели две луны — одна нормальная, вторая маленькая и рыжая, как будто кто-то забыл выключить фонарь. А прямо перед носом, в воздухе, светилась табличка. Полупрозрачная. С аккуратным шрифтом.

[Добро пожаловать в Аэн. Ваш класс не определен. Инициализация мира...]

— Опять ночная, — сказал Ринат лунам. — Ну хоть без пьяных.

Пьяные, впрочем, нашлись быстро. Точнее — раненые.

Через поле, спотыкаясь, тащились двое. Один нес другого. У того, кого несли, из бедра торчала стрела, и по всем законам — земным, инопланетным, любым — парню оставалось недолго, если продолжать так вот его волочить и хлопать по щекам. Ринат это увидел за секунду. Не глазами даже — тем местом внутри, которое за двенадцать лет на выездах научилось видеть смерть раньше, чем она подходит.

Он встал. Тело ломило после сна на земле, но ноги понесли сами.

— Клади его! На землю клади, не тряси! — рявкнул он, и хотя языка этого мира он знать не мог, парни поняли. Тон понимают везде. — Ногу выше сердца. Не дергай стрелу, дурак, кровью изойдет!

Перед глазами мигнула табличка.

[Обнаружено действие: остановка кровотечения]
[Класс определен: ЦЕЛИТЕЛЬ]
[Уровень 1. Мудрость: 4. Ловкость рук: 6. Новый навык: Полевая перевязка]

— Да плевать мне на навык, — процедил Ринат сквозь зубы. — Жгут где. Ремень давай!

Жгута тут отродясь не водилось. Дали ремень.

Он работал, как на трассе после ДТП: быстро, зло, точно. Прижал артерию, наложил закрутку, засек время — по внутренним часам, которые никакая система не отменит. Стрелу не трогал — обломил древко, зафиксировал, чтоб не гуляла. Рану обколол бы, да нечем; вместо этого просто давил и считал, давил и считал, а парень под руками сначала белел, а потом вдруг перестал белеть.

[Навык "Полевая перевязка" повышен до ур. 2]
[Внимание: вы не использовали ману. Способ лечения не распознан системой.]

— И не распознаешь, — буркнул Ринат. — Это не магия. Это анатомия.

Вот тут-то и выяснилось главное про мир Аэн.

Лечили тут магией. Целитель читал заклинание, тратил ману, и рана затягивалась — красиво, мгновенно, с искрами. Проблема была одна: маги-целители в Аэне попадались реже, чем в Казани трезвый пациент в новогоднюю ночь. Один на десять тысяч. Остальные раненые просто умирали — от кровопотери, от заражения, от шока, — от всего того, что на Земле сшивает любой фельдшер за смену, не приходя в сознание от собственной крутизны.

Аэн не знал жгута.

Аэн не знал, что рану надо промыть. Что нельзя тащить человека со сломанным хребтом. Что при ожоге не мажут маслом. Все, что Ринат считал скучной азбукой, здесь было утраченным знанием богов.

Парня, которого он вытащил, звали Дарин. Второго — Молчун, потому что имени тот не назвал. Они привели Рината в приграничный форт, где стоял отряд, и где в лазарете — если можно так назвать сарай с соломой — умирали еще шестеро.

Ринат зашел. Осмотрелся. И понял, что спать сегодня опять не придется.

— Ладно, — сказал он соломе, стонущим, вонючим тряпкам и мигающей табличке. — Показывайте, где кипяток.

Три дня он не выходил из сарая.

Кипятил тряпье — объяснял на пальцах, что грязь убивает вернее меча. Вправлял вывихи. Одному вскрыл нарыв ржавым ножом, прокаленным на огне, — и тот, кого уже отпели, к вечеру попросил есть. Шинировал переломы дощечками. Учил здоровенного детину по имени Гвор менять повязки, и Гвор, который ломал людям кости голыми руками, боялся этих повязок до дрожи, потому что впервые в жизни делал что-то, чтобы кость срослась, а не хрустнула.

Система сходила с ума.

[Уровень 4. Мудрость: 11. Обнаружен уникальный путь развития: Целитель без маны]
[Предупреждение: данный класс не имеет прецедентов. Балансировка невозможна.]

— Дисбаланс — это ваша проблема, — сказал ей Ринат, зашивая рассеченную бровь суровой ниткой. — Моя проблема — вот этот шов. И чтоб без нагноения.

Цена пришла на четвертый день.

В форт привезли раненого, при виде которого у Рината впервые за много лет опустились руки. Проникающее в живот. На Земле — операционная, хирург, кровь на переливание, шанс. Здесь — солома, ржавый нож и фельдшер, который не хирург. Ринат сделал что мог. Промыл. Зашил внешнее. Сбил жар отваром, который ему подсказала местная травница. Сидел рядом всю ночь.

Парень умер под утро.

И никакая система, никакой уровень, никакая "ловкость рук: 6" этого не отменили. Ринат сидел на соломе, смотрел на остывающее лицо и думал ту самую мысль, которую думал на каждом безнадежном выезде: не бог ты, Валеев. Просто мужик с руками. Иногда рук хватает. Иногда — нет.

Табличка мигнула тихо, почти виновато.

[Вы не всесильны. Это знание повышает Мудрость на 3.]

Впервые за все время Ринат с ней согласился.

К исходу недели по форту пошел слух, а потом слух перешагнул стены и пополз дальше — в деревни, в города, к дорогам. Слух был простой: на границе объявился Целитель, который спасает без магии. Который лечит тех, кого не берется лечить ни один маг. За которым можно послать, если у тебя нет одного на десять тысяч.

К форту потянулись люди.

Ринат стоял на стене, смотрел на дорогу, где вдалеке уже пылила первая телега с кем-то, кому плохо, — и понимал, что домой он, похоже, не скоро. Если вообще. Дома его ждала пустая холостяцкая однушка, недопитый чай в кружке и график смен на месяц вперед.

А тут его ждал целый мир, который не умел останавливать кровь.

— Гвор, — сказал он, не оборачиваясь. — Кипяти воду. Много. Работа едет.

[Уровень 5. Открыт навык: Обучение. Вы можете передавать знания другим.]

Ринат прочитал это дважды. И впервые за все время в Аэне улыбнулся.

Потому что один фельдшер — это один фельдшер. А фельдшер, который учит, — это уже школа. И если в этом мире с двумя лунами когда-нибудь появится настоящая скорая помощь, то отсчет, получается, начался вот здесь. На соломе. С ремня вместо жгута.

— Едем, — сказал Ринат. И пошел вниз, к воротам, встречать своего пациента.