Стол — новое стихотворение в стиле Арсения Тарковского

Стол помнил то, чего не помню я.

Он знал, как пахла мать — мукой, бедой
и чем-то третьим, у чего нет имени
на нашем языке. На языке дерева —
быть может, есть. Но мы его не учим.

Из вяза — темный, тяжелей судьбы.
Солонка, хлеб, тупой нож — и свет
из-за двери, косой, нетерпеливый,
как взгляд ребенка, заглянувшего — и тут же
убежавшего прочь. Свет тоже убегает.
Но стол — стоит.

Он старше всех, кого я знал.
Он был уже — когда отец не ведал,
что я случусь. Когда и деда
не было. Стол — был. Стоял
в той комнате, которой нет давно,
и в нем — как в сердцевине — все обеды,
все руки, все глаза, весь хлеб, все молоко.

Я трогаю столешницу. Вот — шрам.
Глубокий, старый. Кто его оставил —
нож? Время? Чья-то злость? Неважно.
Шрам — как морщина: помнит, но не скажет.

Вот вечер. Ставлю чашку — мокрый след,
кольцо на дереве. Годичное кольцо
моей руки, не вяза; но стол примет
и это — как принял все, что было до.

И после — тоже примет. Стол стоит.
Не потому что крепок; по привычке.
Как мир стоит. Как этот долгий свет,
уже погасший, но еще — горячий.