Велосипед номер семь

У подъезда третий год ржавеет велосипед — цепью прикован к водосточной трубе, седло выцвело до костяного, шины сдулись давно и навсегда. Новая жиличка Алина хмурится каждое утро: бельмо на глазу, не иначе. Написала в общий чат: чей, уберите, мешает колясочникам. Тишина два дня. Потом сухое: «Не трогайте, пожалуйста» — от тети Гали, консьержки.
Алина фыркнула. Отступила — впрочем, ненадолго.
Вечером застала тетю Галю у велосипеда с тряпкой в руках; та протирала раму медленно, будто музейный экспонат под стеклом. «Мой. Первый в жизни. Не еду уже — годы не те, колени скрипят громче цепи. Просто смотрю».
Алина хотела съязвить что-то про хлам. Промолчала.
С тех пор объезжает велосипед по широкой дуге. А тетя Галя все так же выходит по вторникам — с тряпкой и лицом, в котором вдруг проступает что-то очень похожее на счастье.