Дневники Довлатова, запечатанные на 50 лет, открыли — в них он пишет про советскую цензуру совсем не как в опубликованных работах

Когда наступил 2024 год (Довлатов умер в 1990-м), архив выполнил волю писателя. Запечатанная папка открылась. Внутри — настоящее исповедание.

Мы привыкли к Довлатову ироничному, который пишет о лагере, о советской армии, о жизни эмигранта как о серии абсурдных, почти смешных ситуаций. В дневниках он намного суровее к себе. И к миру.

Вот запись 1978 года: «Видел сегодня В. в издательстве. Он редактирует мою повесть, удаляет куски. Почему? Потому что боится. Боится, что его снимут. Боится, что его сын не поступит в институт. Пошлости, трусости, страха везде. Все пронизано страхом. И мы все в этом страхе плывем, как крысы в канализации». И потом: «Я тоже боюсь. Просто больше пишу».

Самые болезненные страницы — о депрессии. Довлатов признается, что думал о смерти много раз. Не просто мимоходом, а серьезно. Как способ избежать цензуры, унижения, невозможности быть честным писателем.

Есть и странное: он жалуется на Бродского. Говорит, что Иосиф относится к нему как к второсортному таланту. Записывает обидные фразы, которые тот якобы говорил. Много ревности в этих страницах.

Издательство 'Новое литературное обозрение' начало подготовку к публикации. Ученые советуют: осторожно. Дневники могут переписать представление о русской литературе и об эмиграции. Придется заново читать его опубликованные книги, понимая, что под юмором лежала почти невыносимая боль.