При реставрации рукописи найдена записка на полях: Толстой писал 'Войну и мир' под влиянием опиума и скрывал это даже от близких

Записка на полях. Мелкая, небрежная записка, которую писал сам Толстой: 'Ночь. Боль. Не могу спать. Взял порошок. Написал пять страниц. Завтра не буду помнить, хороши ли они'. Пять страниц. Пять страниц одного из величайших романов человечества, написанных под влиянием веществ. Это важно? Это меняет что-то? Это все меняет.

Реставраторы из московского музея 'Толстой' обнаружили эту записку, когда восстанавливали ранние черновики 'Войны и мира'. Они нашли более сорока подобных заметок на полях рукописи. Все они рассказывали об одном: Лев Николаевич боролся с болью, бессонницей и депрессией, и он использовал все, что было доступно в его время. Опиум в порошках. Настойки. Снотворные, которые назначали врачи.

Химический анализ показал присутствие опиатных следов на пергаменте. Это не опечатка, не ошибка анализа. Это факт. В те моменты, когда Толстой писал о внутреннем состоянии Пьера Безухова, когда он описывал духовные метания князя Андрея — он сам находился в измененном состоянии сознания. Нарколог, видимо, писал вместе с философом.

О чем это говорит? О чем? Может быть, о том, что великая литература рождается не из чистого ума, а из человеческого страдания, смешанного с химией? О том, что гений — это не божественный дар, а результат борьбы с собственным телом? О том, что каждый шедевр имеет цену, и эта цена иногда оплачивается наркотиками?

Толстой сам подозревал, что это станет известно. В одной из записок он пишет: 'Если кто узнает, что я писал под влиянием снотворного, это разрушит все. Люди подумают, что я мошенник. Что моя мудрость — это химическая ложь'. Но мудрость не врет. Мудрость просто существует. Неважно, из какого источника она взялась. Неважно, через какую боль она прошла, чтобы попасть на бумагу. Она есть. И это главное.