Швея, что вышивала рассветы

В самый глухой час ночи, когда луна застывает в зените и даже совы прикрывают глаза, на чердаке старого дома у реки горела свеча. Там жила Аглая — древняя швея, чьи пальцы помнили прикосновение к тысячам нитей. Но не простые ткани шила она в эти тайные часы. Аглая вышивала рассветы — те самые, что каждое утро разливались по небу розовым золотом.

Её мастерская пахла сухими травами и чем-то неуловимо волшебным — быть может, самим временем. На стенах висели мотки шёлковых нитей всех оттенков, какие только можно представить: от бледно-лилового тумана до янтарного сияния первых лучей. В углу стояло древнее прялка, а на столе лежала огромная пяльцы с натянутым на них небесным полотном — тёмно-синим, как сама ночь.

Каждый вечер, когда солнце опускалось за горизонт, Аглая садилась за работу. Она выбирала нити рассвета — сначала самые тёмные, цвета переспелой вишни, потом всё светлее и светлее, до нежно-персикового и, наконец, чистого золота. Стежок за стежком она вплетала их в небесную ткань, и к утру работа была готова.

Но однажды случилось неожиданное.

В ту ночь, о которой пойдёт наш рассказ, дверь чердака тихо скрипнула. Аглая подняла глаза от работы и увидела маленькую девочку лет семи. Волосы её были растрёпаны ото сна, а в глазах стояли слёзы.

— Простите, — прошептала девочка. — Я Василиса. Я живу внизу, с бабушкой. Я не могла уснуть и увидела свет в окне.

Аглая отложила иглу и внимательно посмотрела на ночную гостью.

— Отчего же не спится тебе, дитя?

— Мне снятся страшные сны, — призналась Василиса. — Каждую ночь одно и то же: я стою на краю пропасти, а за спиной — темнота, которая хочет меня поглотить. Я просыпаюсь и больше не могу заснуть до самого рассвета.

Аглая кивнула, словно услышала что-то знакомое.

— Подойди ближе, — сказала она. — Хочешь увидеть, чем я занимаюсь?

Василиса приблизилась к столу и ахнула. На пяльцах расцветал рассвет — настоящий, живой, словно пойманный в раму. Нити переливались и мерцали, будто сами излучали свет.

— Это... это небо? — прошептала девочка.

— Да, — улыбнулась Аглая. — Каждую ночь я вышиваю новый рассвет. Ни один не похож на другой — как и ни один день не повторяет предыдущий.

— А что случится, если вы не вышьете рассвет?

Швея помолчала.

— Тогда ночь не закончится. Она будет длиться и длиться, пока не поглотит всё живое.

Василиса вздрогнула — это было так похоже на её кошмар.

— Но не бойся, — мягко добавила Аглая. — Я никогда не оставляю работу незаконченной. Вот уже триста лет.

— Триста лет? — изумилась девочка.

— Время течёт иначе, когда держишь в руках нити рассвета, — загадочно ответила швея. — Но сегодня мне нужна помощь. Видишь ли, для особенного рассвета нужна особенная нить. А у меня закончилась нить цвета первой детской улыбки.

Она указала на пустую катушку.

— Такую нить нельзя купить или найти. Её можно только получить в дар — от ребёнка с чистым сердцем.

Василиса посмотрела на свои руки.

— А как... как я могу подарить вам такую нить?

Аглая протянула ей маленькое серебряное веретено.

— Подумай о самом счастливом моменте своей жизни. О том мгновении, когда ты улыбнулась впервые — не помня этого, но чувствуя.

Девочка закрыла глаза. Она не помнила свою первую улыбку, конечно. Но она помнила запах бабушкиных пирожков с яблоками. Помнила, как впервые увидела радугу после дождя. Помнила тепло маминых рук, когда была совсем маленькой...

И вдруг из веретена потянулась тонкая, почти невидимая нить — нежно-розовая, с золотистым отливом, похожая на первый луч солнца сквозь утренний туман.

— Чудесно, — прошептала Аглая, принимая драгоценный дар. — Эта нить станет сердцем завтрашнего рассвета.

Она вдела нить в иглу и сделала первый стежок. И тут Василиса увидела нечто удивительное: из-под иглы расцветал свет — настоящий, живой, тёплый. Он разливался по ткани, как разливается мёд по блюдцу.

— Хочешь попробовать? — спросила швея.

Василиса неуверенно взяла иглу. Пальцы её дрожали, но Аглая мягко направляла руку девочки. Стежок, ещё один, ещё... И вот уже маленький кусочек рассвета был вышит детской рукой.

— Теперь этот рассвет — особенный, — сказала Аглая. — В нём есть частичка твоей храбрости. Ведь нужна немалая смелость, чтобы прийти ночью на чердак к незнакомке и остаться.

Василиса вдруг поняла, что больше не чувствует страха. Темнота за окном казалась теперь не угрозой, а просто мягким покрывалом, укутывающим мир перед пробуждением.

— А мои страшные сны? — спросила она.

Аглая достала из кармана крошечный напёрсток, украшенный лунным камнем.

— Возьми. Когда будешь засыпать, сожми его в руке и вспомни: ты — девочка, которая помогла вышить рассвет. Тьма не может поглотить того, кто носит в сердце свет.

Василиса приняла подарок и прижала к груди.

— Спасибо вам.

— Это тебе спасибо, дитя. А теперь — спускайся к себе и ложись. До рассвета осталось немного, и тебе нужно отдохнуть, чтобы увидеть его во всей красе.

Девочка направилась к двери, но на пороге обернулась:

— А завтра ночью... можно мне прийти снова?

Аглая улыбнулась — и в её улыбке было что-то от рассвета, который она вышивала.

— Приходи. Может быть, я научу тебя вышивать звёзды.

Василиса спустилась по скрипучей лестнице, проскользнула в свою комнату и юркнула под одеяло. Напёрсток холодил ладонь, но этот холод был приятным — как прохлада летнего утра.

Она закрыла глаза.

И впервые за много недель ей приснился добрый сон: она летела над облаками, а внизу расстилался рассвет — розовый, золотой, нежный. И в самом его центре светилась маленькая точка — тот самый стежок, который она сделала своими руками.

А наверху, на чердаке, Аглая закончила свою работу. Она встала, подошла к окну и развернула вышитое полотно навстречу востоку.

Первый луч солнца скользнул по крышам спящего города.

Ночь закончилась.

Но это была не обычная ночь. Это была ночь, когда маленькая девочка по имени Василиса узнала главный секрет: даже самая непроглядная тьма отступает перед тем, кто умеет вышивать свет.

И если когда-нибудь, глядя на особенно красивый рассвет, ты заметишь в нём золотисто-розовый отблеск, похожий на детскую улыбку, — знай: возможно, это тот самый стежок, сделанный руками храброй девочки в волшебную ночь на чердаке у реки.

А теперь закрывай глаза и ты. Где-то далеко Аглая уже берёт в руки иглу, чтобы вышить твой рассвет.

Спи спокойно. Утро обязательно наступит.