Авангардное решение

Двадцать семь лет гримирую актеров в драмтеатре города Иваново — по нашим меркам, чуть ли не старожил, многих уже похоронил из тех, кого молодыми красила.

Работа как работа: парики, усы накладные, кровь бутафорская из сиропа с красителем, шрамы из латекса. Но был у нас случай — до сих пор со смеху покатываюсь, как вспомню.

Ставили «Ревизора». Хлестакова играл у нас Гена Быков, актер видный, но забывчивый до невозможности. Парик у него был специальный, кудрявый такой, светлый, я его сама на заказ шила три недели.

Премьера. Зал полный, приехала даже комиссия из области — с проверкой, вроде как культурное мероприятие оценивают. Гена волнуется, я его гримирую за пятнадцать минут до выхода, парик надеваю, закрепляю специальным клеем — театральным, дорогущим, между прочим, восемьсот рублей тюбик.

Выходит на сцену. Первый акт отыграл — блестяще, зал хохочет, комиссия довольна, кто-то даже зааплодировал раньше времени.

Второй акт. Сцена, где Хлестаков перед Городничим красуется, руками жестикулирует активно, эмоции через край. И тут — парик. Съезжает. Медленно, торжественно, будто по расписанию, сползает набок, потом вовсе набекрень повисает, зацепившись за ухо.

Зал замер на секунду — а потом как грохнет хохотом. Гена и не понял сразу, что случилось, продолжает монолог, руками машет, парик болтается уже на честном слове.

Городничий наш, Пал Семеныч, из образа не вышел — гениально совершенно выкрутился, говорит по тексту что-то вроде «эк вас, батюшка, ветром-то приложило», хотя ветра там никакого по пьесе не значилось. Импровизация чистой воды.

Гена наконец сообразил, рукой парик поправил прямо на ходу, не прерывая монолога, еще и подмигнул залу — мол, так и задумано. Зал взорвался овациями, комиссия из области хохотала громче всех, между прочим.

После спектакля прибегает ко мне Гена, весь красный: Марина Витальевна, ты чем клеила, соплями?!

Я говорю — Гена, ты руками махал, как ветряная мельница, туда клей не приспособлен, для спокойных людей делался.

Комиссия потом в отзыве написала, что находка режиссера со съезжающим париком — «смелое авангардное решение, разрушающее четвертую стену». Режиссер наш, Виктор Палыч, эту бумажку в рамочку вставил и в кабинете повесил, до сих пор висит.

А Гена с тех пор перед каждым спектаклем сам, лично, парик проверяет — дергает изо всех сил, будто хочет оторвать. Проверенный, говорит, метод.