Еж в щитке

Работаю электриком на два района под Рязанью восемнадцатый год, вызовов хватает — от перегоревшей проводки до "весь дом гудит, а почему сами не знаем". В межсезонье звонков особенно много: дачники приезжают, включают технику после зимы, а проводка встречает их искрами.

Позвонила Валентина Петровна, поселок за Рязанью, участок пятнадцать соток. Голос дрожит: "Приезжайте скорее, в щитке что-то шуршит и попискивает, боюсь замыкания". Ладно, думаю, мышь опять завелась — обычное дело для деревянных домов.

Приезжаю. Дом старый, шестидесятых годов, щиток советский, чугунный почти. Открываю — а там... тишина. Полная. Постоял, прислушался — ничего.

Только собрался закрывать крышку, как из-за автомата высовывается нос. Маленький. Влажный. За ним — колючая спина.

Еж. Обыкновенный, свернулся между проводами, будто это его законная квартира с пропиской.

Валентина Петровна за спиной охнула так, что я чуть молоток не выронил. "Это что, крысиный еж? Мутант?" Объясняю: лесной, залез погреться — щиток теплый, провода гудят слегка, вот и облюбовал.

Стал доставать — а он фыркает, сворачивается плотнее, иголки топорщит. Пришлось в перчатках, аккуратно, будто сапер разминирование ведет. Вынес на участок, отпустил под кустом смородины.

Дальше — рутина: заменил автомат, подтянул клеммы, проверил изоляцию. Часа два провозился. Еж, к слову, за это время дважды возвращался к щитку — видно, полюбилось местечко.

Валентина Петровна чаем напоила, за стол усадила, рассказывает соседкам по телефону: "Электрик у меня прямо экстрасенс, животных из проводки вытаскивает голыми руками!" Я скромно отмалчиваюсь, чай пью.

Через неделю звонок повторный. Тот же щиток, тот же голос, только теперь веселый: "Приезжайте, у меня опять гость!" Приезжаю — а там уже не еж, а целое семейство: ежиха и три ежонка, все в щитке, все довольные.

Пришлось ставить сетку на вентиляцию щитка — от греха подальше. Валентина Петровна до сих пор всем рассказывает, что у нее дом с зоопарком внутри стен. А я все думаю: хорошо, что не оса завела гнездо. С осами разговор был бы совсем другой.