Окно, которое пело

Семнадцать лет вставляю окна и стекла в Ростове-на-Дону, бригада у меня своя, три человека. Работы хватает — то новостройка, то хрущевка после ремонта.

Позвонила женщина, Алевтина Сергеевна, с Театрального проспекта. Голос дрожит: окно, говорит, поет. По ночам. То ли ветер, то ли еще что.

Приехал, осмотрел — окно как окно, пластиковое, три года стоит. Открыл-закрыл — тихо. Постучал по раме — тоже тихо.

Говорю: подожду до вечера, послушаю сам.

Стемнело. И правда — где-то за окном, снаружи, тонкий такой звук, будто кто-то на дудочке несмело играет. То выше, то ниже, с перерывами.

Полез на балкон соседнего этажа, посветил фонариком под откос крыши. А там — гнездо. Голубь свил себе домик прямо в щели между рамой и утеплителем, аккурат за наружным отливом. И, судя по звуку, не один, компания целая.

Утром хотел разобрать, вычистить все, законопатить как следует. Алевтина Сергеевна встала в дверях, руки в боки: не трожь, говорит, там яйца уже, вон-вон скорлупа видна.

Так и оставили окно петь до самого мая. Хозяйка, между прочим, привыкла — говорит, лучше любого будильника, ровно в пять утра начинают.

А отлив я все же укрепил — чтоб не рухнул от такого хозяйства. Заказ, кстати, оплатила полностью, хотя работы, по совести, и не было почти.