Письма молодого писателя его наставнику раскрыли: гений формировался не похвалой, а жестокой критикой

Жак Лоро начинал как никто. Никакого имени. Никакой известности. У него был только один человек, который согласился его читать: университетский профессор Огюст Фабр.

Фабр не хвалил. В письмах Лоро появляется слово похвалы всего один раз — и то в ответ на редакторский отказ: «Фабр, наконец, одобрил второй абзац третьей главы. Только второй абзац. Остальное — мусор.»

Вот цитаты из писем Фабра:

«Вторая глава полная неудача. Ваш герой делает то, что требует сюжет, вместо того чтобы делать то, что требует его характер. Это ошибка школьника.»

«Вы используете слово 'прекрасный' 43 раза на 44 страницах. Это не стиль. Это ленивость. Это отсутствие вообразения.»

«Ваша метафора о луне на странице 17 украдена. Это Шатобриан. Вы, конечно, не знаете, но это еще хуже. Невежество не извиняет плагиат.»

Лоро отвечает: «Вы правы. Переписывал. Спасибо за жестокость.»

Десять лет такой переписки. Десять лет без единого слова одобрения. Только указания на ошибки. Только разборы неудач. Только требования лучше.

Роман Лоро «Жизнь неизвестного человека» сейчас считается шедевром XIX века. Исследователи спорят: может ли гений родиться из жестокости?

«Может быть, ему просто повезло с наставником,» — предполагает журналист в интервью куратору выставки писем.

«Может,» — соглашается куратор. «Но я думаю, что Фабр понимал: гению не нужна похвала. Гению нужна честность. Нужны люди, которые не позволят ему остановиться. Фабр дал Лоро ровно то, что ему было нужно.»