Корова Эсперанса и чужая сиеста

Восемь лет как перебрался в Патагонию, работаю на эстансии под Эль-Больсоном — гоняю овец и с десяток коров, есть свой домик, есть мате по утрам, привык уже. Хозяин, дон Эрнесто, старик въедливый, но справедливый.

Была у нас корова, Эсперанса — рыжая, с белым пятном на боку, характер как у соседской тещи. Каждый день ровно в два часа дня, когда вся округа спит сиесту, она перепрыгивала через ограду — метр двадцать, между прочим, не шутка для коровы — и шла к соседям, семье Гарсия, объедать клумбу с петуньями.

Донья Кармен, хозяйка петуний, устраивала скандал раз в неделю минимум. Приходила к нам, кричала на весь двор, размахивала руками так, что чуть шляпу не теряла. Дон Эрнесто чинил забор, укреплял, доски новые ставил — бесполезно. Эсперанса находила лазейку.

Я подозревал одно: клумба доньи Кармен была прямо под окном ее дочери, Люсии. А Люсия, как назло, встречалась тайком с соседским парнем, Матиасом, из семьи, с которой Гарсия враждовали лет двадцать из-за какого-то старого спора про воду для полива. Виделись они как раз в это время, в сиесту, у забора.

И вот однажды дон Эрнесто, устав чинить изгородь, решил проследить лично. Спрятался за дровяным сараем в два часа дня. Пришла Эсперанса, невозмутимо перепрыгнула забор — а следом, минут через пять, появился Матиас, перелез с другой стороны, и они с Люсией уселись прямо у клумбы, доедаемой коровой, шептаться.

Дон Эрнесто хохотал потом полдня. Пошел к донье Кармен, рассказал все как есть. Та сначала кричала пуще прежнего — уже не на корову, на дочь. А через месяц, глядишь, свадьбу сыграли, вражда закончилась, воду поделили по-новому — общий колодец выкопали.

Эсперанса на свадьбе тоже присутствовала — привязали ее у входа, венок из петуний на шею нацепили, тех самых, что она годами объедала. Ирония, называется. Дон Эрнесто теперь коров через забор не пускает принципиально — говорит, эта свое дело сделала, пусть травку свою щиплет.