Три копейки на удачу

Двадцать шесть лет кроят руки в ателье «Силуэт» на улице Пушкина в Симферополе. Работа как работа: подгоняешь юбки, ушиваешь пиджаки, иногда шьешь с нуля. А в феврале ко мне пришла Оксана, невеста, платье заказывать. Кружева, шелк, все как положено, бюджет — тридцать восемь тысяч, не шучу.

Мерки сняли, ткань выбрали. И тут Оксана — суеверная до жути, я таких навидалась — говорит: тетя Валя, а вы монетку в подол зашейте. На удачу. Бабушка так делала, мама так делала. Традиция, куда деваться.

Монетки под рукой не оказалось, порылась в шкатулке — нашла старую царскую копейку, еще от бабки моей осталась, темная такая, тяжелая. Положила ее на стол, пока раскраивала фату.

А у меня в мастерской кот. Борис. Толстый, наглый, шерсть рыжая с проседью — раскрасавец, короче, но характер отвратительный. Смотрит он на эту копейку, я отвлеклась на телефон — звонила поставщик кружева, — и все, монетки нет. Кот ее лапой смахнул под комод.

Полчаса ползала с фонариком. Комод старый, тяжелый, сдвигать — целая история; муж на работе, соседа звать неудобно. В итоге плюнула, взяла другую монетку — обычную, современную, десятирублевую, и зашила ее вместо царской.

Свадьбу сыграли в июне. Оксана танцевала — и вдруг слышу: звяк-звяк, что-то в подоле гремит, будто там не одна монетка, а горсть. Оказалось — Борис ту царскую копейку не под комод закинул, а в рулон фатина, который лежал рядом свернутый. И она так и осталась в ткани, когда я фату кроила. Две монетки в одном платье.

Оксана потом звонила, смеялась: говорит, тетя Валя, вы мне двойную удачу подарили, сама того не зная. Ребенка родила через год, назвала Валерией. В честь меня, говорит, и в честь той копейки заодно.

А Борис до сих пор ворует все блестящее со стола. Пуговицы, булавки, однажды сережку унес — насовсем, не нашли. Кот-то, может, и приносит удачу. Только свою собственную, кошачью, никого не спросив.