Приход-расход в мире Клинков

Смена началась как всегда — с пересчета поддонов и с того, что у грузчика Вована опять не билась накладная по цементу.

— Игорь Николаич, ну куда шесть паллет делись, а? Вчера ж были!

— Вчера были, сегодня нет. Значит, кто-то ножками унес, — Игорь Сафронов, кладовщик стройбазы на окраине Перми, поправил очки и полез на второй ярус стеллажа. Сорок один год, свитер с катышками, термос с чаем — короче, не герой. Обычный человек, который двадцать лет сводил приход с расходом и знал про недостачу больше, чем хотел бы знать любой честный человек.

Он потянулся к верхней коробке. Стеллаж скрипнул.

А потом кончился.

Не так, как кончается ряд — а как кончается все. Пол ушел из-под ботинок, воздух стал холодным и пах не пылью, а мокрым камнем и чем-то жженым. Игорь падал. Долго, неприлично долго для склада с потолком в шесть метров. И — вот честное слово — за все это время он ни разу не выпустил из рук планшет, где мигала открытая инвентаризация. Профессиональное. Не отдерешь.

Приземлился он мягко. Ну как мягко. Копчиком. По камню.

— Ох, мать честная...

Над головой висело окно. Не 1С. Не Excel. Полупрозрачная штука с завитушками по краям, и текст в ней светился, как реклама шаурмы в три ночи:

[Внимание. Обнаружен Внешний Учетчик.]
[Ядро Подземелья повреждено. Расхождение баланса: критическое.]
[Уровень 1. Профессия: не определена. Хотите пройти определение?]

Игорь моргнул. Потрогал окно пальцем — палец прошел насквозь, но окно послушно пролистнулось, будто он смахнул уведомление.

— Так. Ну допустим.

Вот что важно понять про Игоря Сафронова. Он не запаниковал. Люди думают, что при попадании в другой мир нормальный человек орет, бегает и зовет маму. Ерунда. Игорь двадцать лет принимал фуры в минус двадцать, разбирался с пьяными экспедиторами и объяснял налоговой, куда делась партия гвоздей, которую сгрызли, кажется, сами гвозди. Его нервная система была забетонирована намертво.

Он огляделся. Пещера. Или подвал. Сводчатый потолок, факелы — настоящие, коптят, — и по стенам стоят... сундуки. Много. Штук сорок, и стоят они, зараза, без всякой системы. Один открыт, из него торчит меч. Другой заперт. Третий вообще вверх дном.

— Кто ж так хранит-то, — сказал Игорь вслух, и это было первое его чувство в новом мире. Не страх. Профессиональное раздражение.

[Профессия определена: КЛАДОВЩИК (редкая ветвь: Учетчик Хаоса).]
[Навык получен: Инвентаризация (ур. 1). Вы видите истинное содержимое и статус любого хранилища.]
[Навык получен: Пересортица (ур. 1). Вы замечаете, когда что-то лежит не там, где числится.]

Над сундуками загорелись бирки. Прямо как ценники, только светящиеся. «Меч ржавый — числится: Клинок Зари». «Три золотых — числится: сто золотых». «Пусто — числится: Корона Короля-под-Горой».

Игорь присвистнул.

— Недостача. По всей базе недостача. Кто-то тут воровал в промышленных масштабах.

Из темного угла что-то зашевелилось. Медленно, с достоинством, вышла тварь — ростом с холодильник, вся в чешуе, с глазами как две газовые конфорки. Дракончик. Молодой, судя по всему. Смотрел он на Игоря голодно.

— Учетчик, — прогудел дракончик, и голос у него был как у прораба с бодуна. — Наконец-то. Триста лет жду. Ты меня уволишь или как?

— Чего?

— Я хранитель. Хранитель этого Подземелья. А баланс не сходится триста лет. Ядро скоро сдохнет, и вместе с ним я. — Тварь села на хвост, и Игорь вдруг понял, что это не угроза. Это отчаяние. Так сидел Вован, когда терял накладную. — Приходят герои, тащат из сундуков что попало, а по бумагам все на месте. Понимаешь? Уносят Клинок Зари — а в реестре он лежит. Разница копится. Ядро держит две реальности сразу: что есть и что записано. И рвется пополам.

Игорь посмотрел на светящиеся бирки. На «числится сто, по факту три». На дракончика с глазами уставшего от жизни существа.

И тут его накрыло. Не страхом. Азартом.

— Так у тебя, брат, пересортица и хищения. Классика. Это лечится.

— Как?!

— Инвентаризацией. Полной. С актом.

Следующие — он не знал, часы или дни, тут время было мутное, — Игорь работал. Он открывал каждый сундук. Диктовал дракончику (тот оказался неожиданно грамотным и когтем царапал на каменной плите). Сверял факт с реестром. Списывал то, чего нет. Приходовал то, что есть. Меч ржавый — списать как «Клинок Зари, утрачен», а сам меч оприходовать как «лом железный, 1 шт.».

Система сходила с ума:

[Расхождение баланса: критическое → высокое.]
[Расхождение баланса: высокое → среднее.]
[Навык Инвентаризация: ур. 4.]
[Уровень 7.]

На середине работы ввалились герои. Трое. В доспехах, с мечами наголо, красивые, как с обложки. Главный — блондин с челюстью — ткнул в Игоря пальцем:

— Смотритель! Где Корона Короля-под-Горой? По всем картам она здесь!

Игорь даже не оторвался от плиты.

— Списана. Год... то есть, простите, триста лет назад. Утрата при невыясненных обстоятельствах. Акт есть. Хотите — распишитесь, что ознакомлены.

— Что?! Ты кто такой вообще?!

— Материально ответственное лицо, — сказал Игорь и повернулся. Глаза у него были спокойные и очень усталые. — Молодой человек. Вы, я так понимаю, эту корону лет тридцать ищете. И до вас искали. Так вот. Ее нет. И не было, наверное. Кто-то один раз вписал в реестр — для солидности, — и с тех пор вы все ходите за пустотой. По документам корона есть. По факту — вот, смотрите. — Он подвел героя к сундуку. Пусто. Пыль. И бирка гаснет: «Корона... списана».

Блондин смотрел в пустой сундук. Долго. Меч в его руке медленно опустился.

— Тридцать лет, — тихо сказал он. — Я тридцать лет...

— Бывает, — не без сочувствия отозвался Игорь. — У меня один экспедитор восемь лет вез холодильники, которых на заводе никогда не делали. Тоже расстроился, когда узнал.

Когда акт был закрыт, Ядро вспыхнуло ровным, спокойным светом. Впервые за триста лет две реальности — что есть и что записано — совпали. Дракончик выдохнул струю пара, и в паре этом было облегчение размером с эпоху.

[ИНВЕНТАРИЗАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА.]
[Баланс восстановлен. Ядро стабильно.]
[Достижение: Первая честная опись за три века.]
[Уровень 12. Открыта профессия: Ревизор Миров.]

— Ревизор миров, — прочитал Игорь. И почесал затылок. — Это что ж, есть другие миры с такой же... бухгалтерией?

Дракончик хитро прищурил конфорочный глаз.

— Сотни, Учетчик. И у всех недостача. — Он помолчал. — А ты домой-то хотел?

Игорь подумал про склад. Про Вована с его цементом. Про термос, который остался где-то там, между мирами, на втором ярусе стеллажа.

Потом посмотрел на сорок неописанных подземелий, мигающих на новой карте в углу зрения. Красным. Все с расхождениями.

— Слушай, — сказал он и потянулся, хрустнув спиной. — А планшет мой не видел? Тут работы непочатый край. С таким бардаком до пенсии не разгребешь.

Где-то очень далеко, на пермской стройбазе, бригадир орал в пустоту склада, что Сафронов опять ушел на обед и не отвечает. Обед у Сафронова обещал затянуться. Лет на несколько миров.