Желтков поставил суперлайк: «Гранатовый браслет» в приложении для знакомств

**ПРИЛОЖЕНИЕ «СВОЙ КРУГ» — знакомства для тех, кто помнит фамилии дедов**

---

**АНКЕТА**

Имя: Г. С. Ж.
Возраст: скрыт (где-то между «уже поздно» и «еще не поздно»)
Город: тот же, что и у вас. Всегда тот же, что и у вас.
Рост: неважно.
Работа: чиновник. Мелкий. Настолько мелкий, что должность не помещается в анкету — да и в жизнь, если честно.

О себе:
Я не займу много места. Ни здесь, ни где-либо еще.

Восемь лет. Восемь. Я умею считать до восьми, потому что каждый год начинался с одного и того же — с вашего лица в ленте рекомендаций.

Ищу: ничего. Правда, ничего. Не пишите мне «а зачем ты тут тогда». Я тут, чтобы смотреть. Это разные глаголы — «смотреть» и «трогать». Первый мне разрешен.

Любимая музыка: Соната №2, Largo Appassionato. Бетховен. Ре мажор. Если не знаете — не страшно. Однажды узнаете. При обстоятельствах, которые вам не понравятся.

---

**ЛЕНТА. ДЕЙСТВИЯ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ Г. С. Ж.**

03:14 — поставил лайк анкете **Вера Н. Шеина**
03:14 — поставил суперлайк анкете **Вера Н. Шеина**
03:15 — просмотрел все 47 фото анкеты **Вера Н. Шеина**
03:15 — просмотрел их еще раз
03:41 — все еще онлайн

---

**ВЕРА** (в личном чате с сестрой Анной, экспорт переписки):

— Аня, тут опять он.
— Кто «он»?
— Ну этот. Инициалы. Г. С. Ж. Восемь лет ставит суперлайки. У меня муж, дети — то есть детей нет, но муж точно есть, и он в этом же приложении, с галочкой.
— Ты хоть раз ему ответила?
— Ни разу. В том и дело. Он и не ждет. Он как… как фоновое приложение, которое ты не удаляешь, потому что жалко.
— Пришли скрин.
— Держи.

*(прикреплено изображение)*

---

**СООБЩЕНИЕ ОТ Г. С. Ж. — ВЕРЕ**
(доставлено, прочитано, без ответа — как обычно)

«Да святится имя Твое.

Простите. Понимаю — не то приложение, чтобы так писать. Тут пишут «прив», «как настроение», «го на кофе». А я — вот так. Пафосно. Знаю.

Сегодня Ваш день рождения. Не спрашивайте, откуда я знаю. Я знаю про Вас все, что можно узнать, не переступая порога — а порога я не переступлю, клянусь. Я вообще мастер не переступать. Всю жизнь топчусь у порогов, как кот, которого не пускают в комнату; сижу, смотрю в щель под дверью, и мне довольно этой щели.

Я отправил Вам подарок. В приложении. Виртуальный гранатовый браслет — 33 монеты, между прочим, это половина моего месячного лимита, но кого это волнует.

Пять камней. Красные, как… нет, не буду про кровь. Хотя.»

---

**СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ**

🎁 Пользователь **Г. С. Ж.** отправил вам подарок: **«Гранатовый браслет» (легендарный, редкость 0.3%)**
Стоимость: 33 монеты
Примечание к подарку: «Самый зеленый посередине — это редкий гранат. Он приносит дар предвидения носящей его женщине. А мне — ну, мне он уже ничего не принесет.»

[ПРИНЯТЬ] [ОТКЛОНИТЬ] [ПОЖАЛОВАТЬСЯ]

---

**ВЕРА** — сестре:

— Аня. Он подарил браслет.
— Дорогой?
— Не в деньгах дело. Хотя 33 монеты — это, между прочим, жест. Дело в том, что он… настоящий. Понимаешь? Все пишут «ты огонь 🔥», а этот пишет «да святится имя твое». Мне не по себе.
— Скажи Василию.
— Мужу?! Он его засудит через поддержку.
— Вот и хорошо.

---

Муж узнал.

Не сразу — но узнал. Мужья всегда узнают последними, зато с максимальным драматизмом. Василий Львович открыл приложение, увидел историю подарков жены, увидел там браслет, увидел инициалы — и пальцы его на секунду зависли над экраном; он был человек спокойный, из тех, кто гнев переваривает медленно, как удав кролика, но переваривает основательно.

Он позвал брата жены. Николая. Прокурора — ну, почти: юрист, который любит слово «неправомерно» больше, чем родную мать.

Вдвоем они нашли профиль.

Вдвоем они постучались в личку.

---

**ГРУППОВОЙ ЧАТ «Разговор с Г. С. Ж.»**
Участники: Василий Ш. ✔️, Николай Н. ✔️, Г. С. Ж.

**Николай:** Добрый вечер. Я брат Веры Николаевны. Это — ее супруг, Василий Львович. У нас к вам предметный разговор.

**Г. С. Ж.:** Здравствуйте. Я вас ждал. Не сегодня конкретно — вообще. Восемь лет ждал, что кто-нибудь придет и скажет «прекрати». Присаживайтесь. Ой. Тут же не присядешь. Ну, стойте.

**Николай:** Ваши действия попадают под понятие навязчивого преследования. Суперлайки, сообщения, подарки. Это, знаете ли, статья. Почти.

**Г. С. Ж.:** «Почти статья». Красиво. Как «почти жизнь».

**Василий:** *(печатает…)*
**Василий:** *(печатает…)*
**Василий:** *(печатает…)*

**Василий:** Послушайте. Я не сержусь. Странно, да? Я приехал сюда злым, как черт, а сижу теперь — и не могу. Вы ее любите?

**Г. С. Ж.:** Да.

**Василий:** Восемь лет?

**Г. С. Ж.:** Семь лет, семь месяцев и — сейчас, посмотрю в календаре — да, еще сколько-то. Считать я умею. Разлюбить — нет.

**Николай:** Верните браслет. Точнее — отмените подарок. И удалите аккаунт. Тогда мы не подаем жалобу.

**Г. С. Ж.:** Браслет отменить нельзя, Николай. Такие подарки — их можно только принять или выбросить. Это уже ее решение, не мое. Я свое решение принял давно.

**Василий:** Какое?

**Г. С. Ж.:** Я удалюсь. Совсем. Не только из приложения.

**Николай:** В смысле — со всех платформ?

**Г. С. Ж.:** В смысле — со всех.

---

Пауза.

Три галочки «прочитано» повисли в воздухе, как три маленькие смерти. Василий Львович смотрел в экран и вдруг понял то, чего не понимал ни разу за годы уверенного, законного, галочкой-верифицированного брака: этот жалкий человек с инициалами вместо имени любил его жену больше, чем сам он когда-либо кого-либо. И от этого понимания в груди у него что-то повернулось — не ревность, нет; что-то тише и хуже.

— Николай, — сказал он вслух, в пустую комнату. — Пойдем. Кажется, мы все испортили тем, что пришли.

---

**ПОСЛЕДНЕЕ СООБЩЕНИЕ Г. С. Ж. — ВЕРЕ**
(отправлено в 22:07, доставлено в 22:07, прочитано в 22:09 — на две минуты позже, чем всегда)

«Уходя, я в восторге говорю: да святится имя Твое.

Не вините себя. Вы ни разу мне не ответили — и правильно. Одно Ваше «прив» — и все бы стало пошлым, обычным, как у всех. А так — у меня осталась чистая, ничем не запятнанная тишина.

Включите как-нибудь Largo Appassionato. Вторую сонату. Бетховен. Ре мажор. И вспомните — не меня, меня не надо, — а то, что кто-то восемь лет думал о Вас каждое утро прежде, чем открыть глаза.

Прощайте. Аккаунт деактивирован. Восстановлению не подлежит.

Л Г Б Ж — а, впрочем, неважно, что значат эти буквы. Пусть останется загадкой. Хоть что-то во мне пусть останется.»

---

**СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ**

Пользователь **Г. С. Ж.** удалил свой аккаунт.
Ваша переписка сохранена в архиве.
Подарок **«Гранатовый браслет»** остается в вашем инвентаре — подарки не исчезают вместе с дарителем.

---

**ВЕРА** — сестре, поздно ночью:

— Аня. Он ушел.
— Заблокировала? Молодец.
— Нет. Он сам. Насовсем. Аня, я включила эту его сонату. Там, в подписи к браслету, была ссылка.
— И?
— И я поняла, что он про меня знал каждый такт наперед. Как будто написал ее сам. Про то, что я его прощаю. Про то, что мне теперь с этим жить.
— Верка, это просто нищий чиновник из приложения.
— Был.

Вера сидела в темноте, телефон грел ладонь, и на экране медленно, гранат за гранатом, тлел подарок, который нельзя вернуть. За окном ничего не происходило. В приложении «Свой круг» стало на одного человека меньше — тихо, без пуша, без огонька уведомления.

Прости меня.

Она набрала эти два слова в мертвый чат, зная, что галочки уже не появятся. Отправила. Серый кружок повращался и погас.

Не доставлено.