Каменный воздух

Еще прозрачен воздух, будто камень,
и купол тает в стынущей выси.
Я подниму ладонь — и медь, и пламень,
и времени тяжелое «спаси».

Здесь ласточка, забывшая о лете,
скользит над зыбью каменной реки.
И Петербург, единственный на свете,
плывет, как гимн, наперекор тоски.

О, дай мне слово тяжелей гранита,
дай воздуху дорического сна,
чтоб арка, тетивою вверх раскрыта,
держала свод, где вечность спасена.

Медлительная, вязкая прохлада
текла с колонн, как мед из темных сот.
И не было ни имени, ни лада —
лишь этот вечный, этот тихий свод.

Я трогаю тяжелую подкову
столетий — холод, влажность, полумрак.
И произнес — не удержавши — слово,
которое не выговорить так.

Оно ушло, как ласточка, как лепет,
в морскую соль, в известку, в известь дней.
А камень помнит. Камень слышит трепет
и держит небо на спине своей.