Метель у переправы

Мела метель. Фонарь качался.
И в снежной, призрачной пыли
кто-то шел, и кто-то звался,
и таял в сумрачной дали.

Я ждал ее у переправы,
где лед и черная вода.
Над куполом, левей заставы,
дрожала поздняя звезда.

Она пришла — из вьюги, снега,
из белой, гибельной волны,
как обещание ночлега,
как отголосок тишины.

И был я пьян — не от бокала,
не от вина, не от свечи —
а оттого, что мне шептало
что-то без слов, в глухой ночи.

Лица не видел. Только очи —
два темных, влажных огонька.
И снег летел. И длилась ночью
неразрешимая тоска.

Она ушла — в метель, в туманы,
в тот белый, вьющийся угар.
Остался я. И бил, и пьяный,
стоял и мерз мой фонарь.

Ночь. Переправа. Ветер. Вьюга.
Бессмысленный, дрожащий свет.
Мы не окликнули друг друга —
и, может, в этом весь ответ.