Лента контента

Сорок семь рецензий. Двенадцать лет. Три издания — The Times Literary Supplement, The Cornhill Magazine и ныне несуществующий The Literary World.

Всё это время их читали. Цитировали. Автором значился «Г. Стивен» — и никто особо не задавался вопросом, кто этот Г. Стивен такой.

А это была она.

Исследователь Хелен Марш из Оксфорда потратила четыре года на анализ стилистических паттернов ранних текстов Вулф — писем, дневников, заметок. Потом применила методологию к анонимным рецензиям в британской прессе начала XX века. Результат она описывает без пафоса: «Это как опознать человека по походке в толпе. Вулф пишет Вулф, как бы она ни называлась.»

Характерные признаки: длинные периоды с резкими обрывами в финале абзаца, нетипичное смещение к описанию пространства и света, привычка цитировать оппонента и немедленно его хоронить одним словом. «Блестяще. И — мертво», — написал «Г. Стивен» о каком-то романе в 1907-м.

Вулф. Точно она.

Зачем псевдоним? В письмах она объясняет: «Я не хочу, чтобы меня читали как женщину. Я хочу, чтобы меня читали.» Разница принципиальная для 1904 года.

Среди атрибутированных текстов — рецензия на малоизвестный лондонский перевод Гоголя, вышедший в 1909-м. «Г. Стивен» разнёс переводчика хлёстко, с удовольствием. «Переводчик решил, что русский юмор — это когда непонятно. Он ошибся.» Семь строк. Убийственных.

Архив Вулф в Британской библиотеке пополнится новым разделом в апреле. Penguin готовит сборник атрибутированных текстов — выход осенью.

Псевдоним «Г. Стивен» — это Гарольд Стивен. Имя взято из телефонной книги. Потом смеялась над этим в письме сестре: «Я теперь Гарольд. Это ужасно подходит.»