Лента контента

Откройте для себя интересный контент о книгах и писательстве

Ночные ужасы

Загадочные истории для тех, кто не боится темноты

Статья 01 февр. 04:07

Альтернативы Amazon KDP для русских авторов: где публиковать книги в 2025 году

Amazon KDP долгое время считался золотым стандартом самиздата, но для русскоязычных авторов эта платформа становится всё менее удобной. Ограничения на вывод средств, языковые барьеры и отсутствие русскоязычной поддержки заставляют писателей искать альтернативы. Хорошая новость: таких платформ сегодня достаточно, и многие из них предлагают условия даже лучше, чем у американского гиганта.

В этой статье мы разберём основные площадки для публикации книг, доступные русским авторам, сравним их условия и поможем выбрать оптимальный вариант для вашего творчества.

## ЛитРес: Самиздат — лидер российского рынка

ЛитРес остаётся крупнейшей платформой для самиздата в России. Ежемесячная аудитория превышает 20 миллионов читателей, а это означает реальные шансы найти свою аудиторию. Публикация бесплатная, автор получает до 35% от продаж электронных книг. Для сравнения: Amazon KDP предлагает 70%, но только для книг в определённом ценовом диапазоне и при соблюдении ряда условий.

Главное преимущество ЛитРес — русскоязычная аудитория, которая ищет именно книги на родном языке. Платформа предлагает инструменты продвижения: участие в акциях, попадание в подборки, рекламные возможности. Многие авторы начинают именно здесь и зарабатывают первые деньги на творчестве.

## Ridero — универсальный инструмент для самиздата

Ridero позволяет не только публиковать электронные книги, но и заказывать печатные экземпляры по технологии print-on-demand. Книга печатается только после заказа читателя — никаких складских расходов и рисков. Платформа автоматически распространяет вашу книгу в крупнейшие интернет-магазины: Ozon, Wildberries, ЛитРес и другие.

Особенно Ridero ценят авторы нон-фикшн литературы и те, кому важен бумажный формат. Сервис предлагает бесплатный конструктор обложек и инструменты вёрстки, хотя для профессионального результата многие всё же обращаются к дизайнерам.

## Author.Today — для любителей сериалов и фанфиков

Author.Today создал уникальную модель монетизации. Авторы публикуют книги по главам, читатели оформляют подписку или покупают отдельные произведения. Платформа особенно популярна в жанрах фэнтези, ЛитРПГ и романтики. Здесь сложилось активное сообщество: читатели комментируют главы, авторы получают мгновенную обратную связь.

Средний заработок топовых авторов на Author.Today измеряется сотнями тысяч рублей в месяц. Конечно, такие результаты требуют регулярных публикаций и работы над качеством текста. Но для тех, кто готов писать много и часто, это отличный вариант.

## Prodaman — фокус на качество и эксклюзивность

Prodaman позиционирует себя как премиальную площадку. Здесь меньше авторов, но выше требования к качеству текста. Платформа предлагает редакторскую поддержку и помогает с продвижением перспективных авторов. Роялти достигают 50%, что делает Prodaman одним из самых выгодных вариантов с точки зрения заработка.

Минус — относительно небольшая аудитория по сравнению с ЛитРес. Но если ваша цель — качество, а не массовость, эта платформа заслуживает внимания.

## Как подготовить книгу к публикации

Какую бы платформу вы ни выбрали, качество текста остаётся главным фактором успеха. Перед публикацией книга должна пройти несколько этапов: самостоятельная вычитка, работа с бета-ридерами, профессиональная редактура и корректура. Многие начинающие авторы пропускают эти шаги, торопясь выпустить книгу — и получают негативные отзывы.

Современные инструменты значительно упрощают подготовку текста. Платформы вроде яписатель помогают авторам не только генерировать идеи и прорабатывать сюжет, но и редактировать готовый текст с помощью искусственного интеллекта. Это особенно полезно для тех, кто не может позволить себе услуги профессионального редактора.

## Стратегия мультиплатформенной публикации

Опытные авторы редко ограничиваются одной площадкой. Оптимальная стратегия — присутствовать сразу на нескольких платформах, адаптируя подход под каждую. Например, на Author.Today можно публиковать новую книгу по главам, получая обратную связь, а затем выкладывать готовое произведение на ЛитРес и Ridero.

Важно учитывать требования каждой платформы к эксклюзивности. Некоторые предлагают повышенные роялти за эксклюзивное размещение, другие не накладывают ограничений. Изучите условия перед публикацией и выберите стратегию, которая подходит именно вам.

## Продвижение книги — работа автора

Ни одна платформа не будет продвигать вашу книгу за вас. Успешные авторы самостоятельно ведут социальные сети, создают email-рассылки, договариваются с блогерами о рецензиях. Публикация — это только начало пути.

Составьте медиаплан ещё до выхода книги. Подготовьте анонсы, отрывки, визуальный контент. Найдите тематические группы и форумы, где обитает ваша целевая аудитория. Чем активнее вы продвигаете книгу в первые недели после публикации, тем выше шансы попасть в рекомендации платформы.

## Финансовые аспекты: сравнение условий

Размер роялти важен, но не менее важны условия вывода средств. ЛитРес выплачивает деньги на российские карты и кошельки без проблем. Ridero работает через российские банки. Author.Today также ориентирован на российских пользователей. С Amazon KDP ситуация сложнее: многие авторы сталкиваются с задержками и ограничениями при выводе средств в Россию.

Учитывайте и минимальную сумму вывода. На некоторых платформах она составляет 500-1000 рублей, на других — значительно выше. Если вы только начинаете, выбирайте площадки с низким порогом выплат.

## Заключение: ваш путь к читателям

Российский рынок самиздата предлагает достойные альтернативы Amazon KDP. ЛитРес для массовой аудитории, Ridero для печатных книг, Author.Today для серийных публикаций, Prodaman для качественной литературы — каждая платформа имеет свои сильные стороны.

Начните с одной площадки, изучите её особенности, наберитесь опыта. Затем расширяйте присутствие на других платформах. Используйте современные инструменты для подготовки текста — AI-помощники вроде яписатель существенно ускоряют работу над рукописью и помогают довести её до профессионального уровня.

Главное — не откладывать публикацию бесконечно. Ваша книга заслуживает встречи с читателями. Выберите платформу, подготовьте текст и сделайте первый шаг к писательской карьере уже сегодня.

0 0
Статья 01 февр. 03:09

История успеха: как домохозяйка стала автором бестселлеров и изменила свою жизнь

Мария никогда не думала, что станет писательницей. Тридцать восемь лет, двое детей, ипотека и ежедневная рутина — казалось бы, какие тут книги? Но именно в декретном отпуске, укачивая младшего сына, она начала записывать истории в телефон. Сначала это были просто заметки, потом — короткие рассказы, а через два года Мария держала в руках свой первый бумажный роман.

Таких историй тысячи. Самиздат открыл двери в литературу людям, которые раньше и мечтать не могли о публикации. Домохозяйки, учителя, врачи, программисты — сегодня каждый может стать автором. Но как превратить хобби в источник дохода? Как пройти путь от первой робкой главы до настоящего бестселлера?

Первый и самый важный шаг — начать писать регулярно. Не ждать вдохновения, не искать идеальные условия, а просто садиться и работать. Успешные авторы самиздата рекомендуют выделять на письмо хотя бы час в день. Неважно, когда это будет — ранним утром до пробуждения семьи или поздним вечером, когда дети уснули. Главное — постоянство. Именно так Анна Князева, бывший бухгалтер из Саратова, написала свою первую книгу за четыре месяца, урывая время между домашними делами.

Второй секрет успеха — выбор правильной ниши. Изучите, что читают люди, какие жанры популярны на площадках самиздата. Любовные романы, фэнтези, детективы, попаданцы — у каждого жанра своя аудитория. Но не гонитесь слепо за трендами. Пишите о том, что вам самим интересно, иначе читатели почувствуют фальшь. Екатерина Мурашова начинала с коротких любовных историй, но нашла себя в психологических триллерах — жанре, который оказался ей по-настоящему близок.

Третий важный момент — качество текста. Многие начинающие авторы торопятся выложить книгу, не уделяя внимания редактуре. Это ошибка. Читатели не прощают грубых ошибок, нелогичных поворотов сюжета, картонных персонажей. Перечитывайте написанное, давайте тексту «отлежаться», просите друзей или бета-ридеров дать обратную связь. Современные AI-инструменты, такие как яписатель, помогают авторам выявлять слабые места в тексте, проверять логику повествования и даже генерировать идеи для развития сюжета — это существенно экономит время на редактуре.

Четвёртый элемент успеха — обложка и аннотация. Как бы ни был хорош текст, читатель сначала видит обложку. Инвестируйте в профессиональный дизайн или используйте качественные шаблоны. Аннотация должна цеплять с первых слов, создавать интригу, но не раскрывать всех секретов. Проанализируйте аннотации успешных книг в вашем жанре — это лучший учебник.

Пятый фактор — продвижение. Даже гениальная книга не найдёт читателя без маркетинга. Создайте страницы в социальных сетях, общайтесь с читателями, публикуйте отрывки, рассказывайте о процессе написания. Участвуйте в марафонах и конкурсах на площадках самиздата — это отличный способ привлечь внимание к своему творчеству. Ольга Громыко, начинавшая как автор фанфиков, построила огромное сообщество преданных читателей именно благодаря активному общению в сети.

Шестой совет — не сдавайтесь после первой неудачи. Первая книга редко становится бестселлером. Это нормально. Воспринимайте её как обучение, анализируйте отзывы, работайте над ошибками. Многие успешные авторы признаются, что настоящий прорыв случился только с третьей или четвёртой книгой. Важно продолжать писать, развиваться, искать свой голос.

Отдельно стоит сказать о финансовой стороне. Да, заработок в самиздате возможен, но требует терпения. Начинающие авторы часто разочаровываются, увидев первые скромные гонорары. Однако с каждой новой книгой, с ростом читательской базы доходы увеличиваются. Некоторые авторы выходят на стабильный заработок, сопоставимый с хорошей зарплатой, а единицы — на действительно впечатляющие суммы. Ключ — в регулярности публикаций и качестве контента.

Технологии меняют писательский труд. Платформы вроде яписатель позволяют авторам сосредоточиться на творчестве, передав рутинные задачи искусственному интеллекту. Генерация идей, проработка персонажей, проверка на логические ошибки — всё это можно делегировать умным алгоритмам. Это не замена авторскому таланту, а инструмент, который помогает раскрыть его полнее.

История Марии, с которой мы начали, закончилась хорошо. Её третий роман попал в топ продаж на крупной площадке, права на экранизацию купила продюсерская компания. Сегодня она работает над шестой книгой и ведёт курсы для начинающих авторов. Но главное — она счастлива, потому что занимается любимым делом.

Ваша история успеха тоже возможна. Не нужно ждать идеального момента, особых условий или разрешения. Всё, что требуется — открыть чистый документ и написать первое слово. А потом второе. И продолжать, несмотря ни на что. Самиздат демократичен: здесь побеждает не связи и не везение, а упорство, талант и готовность учиться. Начните сегодня — и кто знает, может быть, через пару лет именно вашу историю успеха будут пересказывать начинающие авторы.

0 0
Шутка 01 февр. 02:33

Корректор и глава 8

— Отличная рукопись! Только в главе 8 много опечаток.
— Исправьте, пожалуйста.
— Не могу. Они исправляются обратно. И моргают.

0 0
Шутка 01 февр. 02:03

Ежедневник писателя

Понедельник — пишу роман. Вторник — пишу. Среда — пишу. Четверг — пишу. Пятница — пишу. Суббота — почему главный герой женился на антагонисте в главе, которую я не писал? Воскресенье — пишу.

0 0

Участок 11,8 сот. ИЖС + проект виллы-яхты

2 600 000 ₽
Калининградская обл., Зеленоградский р-н, пос. Кузнецкое

Участок 1180 м² (ИЖС) в зоне повышенной комфортности. Газ, электричество, вода, оптоволокно. В комплекте эксклюзивный проект 3-этажной виллы ~200 м² с бассейном, сауной и террасами. До Калининграда 7 км, до моря 20 км. Окружение особняков, первый от асфальта.

Петроградская весна

Творческое продолжение поэзии

Это художественная фантазия в стиле поэта Александр Блок. Как бы мог звучать стих, вдохновлённый творчеством мастера?

Оригинальный отрывок

Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи ещё хоть четверть века —
Всё будет так. Исхода нет.

Умрёшь — начнёшь опять сначала,
И повторится всё, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.

— Александр Блок

Весна пришла. Но не цветами —
Свинцовой невскою водой,
И над гранитными мостами
Стоит туман сырой, густой.

И город, призрачный, как прежде,
В своей предутренней тоске
Ещё хранит в себе надежду,
Как свечку тонкую в руке.

Идёт она — не та, что снилась,
Не в белом, не в шелках ночных.
Она в рассвете растворилась,
Как плач колоколов глухих.

Но я узнал её по взгляду,
По тени, что легла на снег,
По острой ледяному хладу,
Что проникает сквозь ночлег.

Петроград! Ты помнишь ль это —
Когда с Невы сходили льды,
И в окнах мартовского света
Горели бледные следы?

Тогда казалось — всё иначе,
И жизнь откроется, как дверь,
Но время шло, и мы всё плачем
По тем, кого не встретить теперь.

Весна обманчива, я знаю.
Она приходит — и уйдёт.
И я опять её встречаю,
Как путник, сбившийся в полёт.

В каналах стынет отраженье
Дворцов, застывших в полусне.
И чьё-то тихое движенье
Мерещится в ночном окне.

Она проходит мимо, мимо —
В плаще из сумрака и льда.
И сердце бьётся нелюдимо,
И гаснет в небе вдруг звезда.

Но утро будет. Будет снова
Над Петропавловкой рассвет.
И в этом городе суровом
Останется навечно след —

След той, что так и не узнала,
Что я любил, что я искал.
Она ушла. И ночь упала.
И только ветер завывал.

Весна, весна! Ты — только слово,
Пустое эхо в пустоте.
Но сердце ждёт тебя, готово
Сгореть в твоей святой мечте.

0 0
Угадай книгу 01 февр. 04:11

Угадай повесть по ироничному зачину о чиновничьей России

В департаменте... но лучше не называть, в каком департаменте. Ничего нет сердитее всякого рода департаментов.

Из какой книги этот отрывок?

0 0
Угадай автора 01 февр. 04:11

Врачебный дар и семейная сага: чей это почерк?

Павел Алексеевич Кукоцкий принадлежал к тому редкому типу врачей, которые обладают врожденным даром диагноста.

Угадайте автора этого отрывка:

0 0
Совет 01 февр. 04:10

Метод «фальшивой компетентности»: пусть герой убеждает других в том, чего сам не понимает

Ключ к этой технике — выбор правильной ситуации. Герой должен быть вынужден изображать знание, а не просто хвастаться. Давление обстоятельств делает его импровизацию искренней.

Антон Чехов мастерски использовал этот приём в рассказе «Хирургия», где фельдшер Курятин, оставшись без доктора, пытается удалить зуб дьячку, по ходу дела изобретая медицинские термины и теории. Каждая его фраза — окно в душу человека, который всю жизнь притворялся значительнее, чем есть.

Практическое упражнение: возьмите своего героя и поместите его в ситуацию, где он должен объяснить постороннему что-то, в чём сам не разбирается — работу механизма, правила игры, причину чужого поступка. Запишите его объяснение дословно. Вы удивитесь, сколько нового узнаете о собственном персонаже.

Особенно эффективен приём, когда объект «экспертизы» эмоционально важен для героя. Отец, объясняющий сыну устройство мира, который сам не понимает. Влюблённый, рассуждающий о природе чувств. Умирающий, описывающий то, что ждёт за порогом.

0 0

Обыкновенная история: Двадцать лет спустя

Творческое продолжение классики

Это художественная фантазия на тему произведения «Обыкновенная история» автора Иван Александрович Гончаров. Как бы мог продолжиться сюжет, если бы писатель решил его развить?

Оригинальный отрывок

Александр хотел было возразить, но дядя не дал ему опомниться. Он схватил его за руку и почти насильно вытащил из комнаты. «Едем, едем! — повторял он, — пора!» Александр покорился. Он шёл как во сне. Он был поражён, уничтожен, но не совсем убит. В груди его вспыхивала по временам какая-то смутная надежда... А может быть, эта надежда была только привычка жить, привычка ожидать от будущего чего-то неопределённого, хорошего, счастливого.

— Иван Александрович Гончаров, «Обыкновенная история»

Продолжение

Пётр Иванович Адуев стоял у окна своего петербургского кабинета и смотрел на Неву. Двадцать лет прошло с тех пор, как он с такой методической настойчивостью переделал романтического племянника в практического человека. Теперь ему самому минуло шестьдесят, и странная тоска, которой он никогда не знал прежде, начинала посещать его по вечерам.

Александр Фёдорыч Адуев, некогда восторженный юноша, а ныне статский советник и владелец доходных домов, должен был приехать сегодня с визитом. Дядя и племянник не виделись пять лет — оба были слишком заняты делами, чтобы тратить время на родственные сантименты.

— Барин, Александр Фёдорыч пожаловали, — доложил слуга.

Пётр Иванович оторвался от окна и обернулся. В дверях стоял полный, солидный господин с бакенбардами, в которых уже проступала седина. В его фигуре не осталось ничего от того бледного, восторженного юноши, который двадцать лет назад ворвался в этот самый кабинет с тетрадкой стихов и пылкими речами о любви, дружбе и искусстве.

— А, Александр! — сказал Пётр Иванович, протягивая руку. — Входи, садись. Ну что, как дела?

— Превосходно, дядюшка, — отвечал Александр, усаживаясь в кресло с видом человека, привыкшего к комфорту. — Третий дом достроил на Литейной. Жильцы уже въехали. Доход — восемь тысяч годовых чистыми.

Пётр Иванович кивнул с одобрением, но что-то в глубине его глаз дрогнуло.

— Молодец, — произнёс он. — А как Лизавета Александровна? Здорова ли?

— Благодарствую. Супруга здорова. Дети растут. Старший уже в гимназии, подаёт надежды на медицинское поприще.

— Медицинское? — переспросил дядя. — Что ж, дело полезное.

Наступило молчание. Пётр Иванович вдруг почувствовал странное беспокойство. Он смотрел на племянника и видел в нём... себя. Того себя, каким был двадцать лет назад: уверенного, практичного, лишённого всяких иллюзий. Но теперь это зрелище почему-то не радовало его.

— Скажи мне, Александр, — начал он медленно, — ты помнишь, как приехал в Петербург в первый раз?

Александр поморщился.

— Помню, дядюшка. Глупое было время. Я тогда много вздору нёс про чувства, про поэзию... Благодарю вас, что вылечили меня от этой болезни.

— Вылечил... — повторил Пётр Иванович задумчиво. — Да, верно, вылечил.

Он подошёл к бюро и выдвинул ящик. Там, под деловыми бумагами, лежала старая тетрадь в потёртом переплёте.

— Узнаёшь? — спросил он, протягивая её племяннику.

Александр взял тетрадь и раскрыл. На первой странице его собственным почерком, юношеским, порывистым, было выведено: «Стихотворения. Александр Адуев. 1843 год».

— Господи, — пробормотал он, краснея. — Вы сохранили этот вздор?

— Сохранил, — кивнул Пётр Иванович. — Сам не знаю зачем. Может быть, хотел когда-нибудь показать тебе, чтобы посмеяться вместе.

Александр перелистывал страницы. Его лицо менялось. Сначала на нём было написано смущение, потом — ирония, но постепенно что-то иное проступило в его чертах.

— «К ней», — прочитал он вслух. — «Когда твой взор, полный неги и огня...» Боже, как я мог писать такое!

— А ты перечитай внимательнее, — сказал Пётр Иванович странным голосом.

Александр поднял глаза на дядю.

— Зачем?

— Затем, что я вчера перечитал. И знаешь, что я понял?

— Что?

Пётр Иванович отвернулся к окну.

— Что в этих стихах была жизнь. Глупая, наивная, смешная — но жизнь. А в моих бухгалтерских книгах и твоих доходных домах — только цифры.

Александр захлопнул тетрадь.

— Дядюшка, вы нездоровы? С вами всё в порядке? Это на вас не похоже.

— Не похоже, — согласился Пётр Иванович. — Потому что я всю жизнь был похож только на самого себя. И превратил тебя в свою копию. А теперь думаю: а что, если это была ошибка?

— Какая ошибка? — Александр встал, начиная тревожиться. — Вы дали мне дельные советы. Благодаря вам я стал человеком. У меня положение в обществе, капитал, семья...

— И пустота, — докончил дядя. — Разве нет?

Александр замолчал. В кабинете повисла тишина, нарушаемая только тиканьем английских часов на камине.

— Я... — начал Александр и осёкся.

— Ты хочешь сказать, что счастлив? — спросил Пётр Иванович, оборачиваясь. — Скажи мне честно, как родному человеку: ты счастлив?

Александр сел обратно в кресло. Его солидное, благополучное лицо вдруг осунулось.

— Я... не знаю, — признался он наконец. — Я никогда не задавал себе этого вопроса. Вы же сами учили меня, что счастье — выдумка романтиков.

— Учил, — кивнул Пётр Иванович. — А теперь, на старости лет, начинаю сомневаться. Знаешь, что случилось на прошлой неделе? Я встретил Лизавету Александровну — тётку твою, мою жену...

— Как встретили? Вы же живёте вместе.

— В том-то и дело, что живём вместе, а видимся редко. Она в своих комнатах, я в своих. Встречаемся за обедом, говорим о погоде и хозяйстве. И вот на прошлой неделе я зашёл к ней вечером — просто так, без дела — и застал её плачущей над письмами.

— Над какими письмами?

— Над моими. Которые я писал ей, когда мы были женихом и невестой. Тридцать пять лет назад. Оказывается, она сохранила их все. И плакала, перечитывая.

Александр молчал.

— Я спросил её: «Что ты плачешь, Лиза?» — продолжал Пётр Иванович. — Знаешь, что она ответила? «Плачу о том молодом человеке, который писал эти письма. Куда он делся, Пётр?» И я не нашёлся, что ответить.

За окном начинало темнеть. Слуга внёс свечи и бесшумно удалился.

— Дядюшка, — сказал наконец Александр, — к чему вы мне всё это рассказываете?

— К тому, что ты ещё молод. Тебе сорок, у тебя половина жизни впереди. Может быть, ещё не поздно...

— Не поздно — что?

Пётр Иванович подошёл к племяннику и положил руку ему на плечо.

— Не поздно вспомнить, кем ты был. Не тем наивным глупцом, которым я тебя выставлял — а человеком, способным чувствовать. Любить. Мечтать.

Александр резко встал.

— Это невозможно, — сказал он. — Я не могу вернуться назад. Я теперь другой человек.

— Другой? — переспросил дядя. — Или просто спрятавшийся за маской? Я ведь вижу, Александр. Я вижу, как ты слушал, когда третьего дня на вечере у Карасёвых молодой поэт читал свои стихи. Все зевали, а ты... ты смотрел так, будто что-то в тебе откликалось.

Александр отвёл глаза.

— Это были посредственные стихи.

— Может быть. Но дело не в стихах. Дело в том, что в тебе ещё что-то осталось. Я убил в себе это давно, но в тебе — не до конца.

Племянник подошёл к окну и встал рядом с дядей. Оба смотрели на вечерний Петербург: на фонари, зажигавшиеся вдоль набережной, на силуэты прохожих, на тёмную воду Невы.

— Знаете, дядюшка, — сказал Александр тихо, — иногда по ночам я просыпаюсь и думаю о Наденьке.

— О какой Наденьке?

— О Любецкой. Помните? Моя первая любовь. Та самая, которую вы называли «обыкновенной историей».

— Помню, — кивнул Пётр Иванович. — Она вышла замуж за графа... как его...

— Новинского. Они уехали за границу. Я слышал, она овдовела лет пять назад. Живёт в Ницце.

— И ты думаешь о ней?

Александр усмехнулся горько.

— Не о ней — о том чувстве. О том, как я тогда мог любить — безумно, безоглядно, всем существом. Когда её письма были для меня дороже всех сокровищ мира. Когда одно её слово могло поднять меня на небеса или низвергнуть в ад.

— И ты жалеешь, что утратил эту способность?

— Не знаю, дядюшка. Честно — не знаю. Вы правы были: такая любовь — источник страданий. Но теперь я иногда думаю: а что, если страдание — это тоже жизнь? Что, если, оберегая себя от боли, мы оберегаем себя и от радости?

Пётр Иванович молчал долго. Потом сказал:

— Я расскажу тебе одну вещь. Никому никогда не рассказывал. Когда мне было двадцать пять, я любил одну девушку. По-настоящему, так, как ты любил свою Наденьку. Она была бедна, без связей, без положения. Мой отец запретил мне даже думать о ней. И я послушался. Женился на Лизавете Александровне — она была хорошей партией. И прожил с ней тридцать лет... в благополучии.

— А та девушка?

— Умерла. Через год после моей свадьбы. От чахотки, говорили. Но я всегда думал, что от горя.

Александр посмотрел на дядю. Впервые за все эти годы он видел его таким — не наставником, не ментором, а живым человеком с живой болью.

— Почему вы никогда не говорили мне об этом?

— Потому что учил тебя тому, во что сам хотел верить. Что чувства — химера, что практичность — единственный путь. Я не мог признаться даже себе, что всю жизнь бежал от призрака той девушки.

Они стояли рядом у окна — два человека, дядя и племянник, учитель и ученик. Но сейчас было непонятно, кто из них кому урок преподаёт.

— Что же делать, дядюшка? — спросил Александр. — Нельзя же повернуть время вспять.

— Нельзя, — согласился Пётр Иванович. — Но можно не повторять ошибок в будущем. Твой старший сын — ты говоришь, он хочет быть врачом?

— Да.

— А ты бы хотел, чтобы он занялся твоими доходными домами?

Александр помолчал.

— Я бы хотел, чтобы он был счастлив, — сказал он наконец.

— Вот видишь, — улыбнулся дядя. — Ты уже не совсем пропащий человек.

В дверь постучали. Вошла Лизавета Александровна — постаревшая, но всё ещё красивая женщина с печальными глазами.

— Пётр, — сказала она удивлённо, — ты здесь? Я думала, ты в клубе.

— Нет, душа моя, — отвечал Пётр Иванович. — Я здесь, с Александром. Присядь с нами.

Она села, всё ещё не веря своим ушам. «Душа моя» — этих слов она не слышала от мужа, наверное, лет двадцать.

— Мы говорили о жизни, — сказал Пётр Иванович. — О том, что она обыкновенна — и необыкновенна одновременно.

Лизавета Александровна посмотрела на мужа, потом на племянника. Что-то изменилось в этом кабинете, она чувствовала это, хотя не могла объяснить.

— Александр, — сказала она, — ты останешься ужинать?

— Останусь, тётушка, — кивнул тот. — С удовольствием.

И впервые за много лет ужин в доме Адуевых прошёл не в молчании. Они говорили — не о делах, не о процентах, не о погоде — а о прошлом, о молодости, о мечтах, которые когда-то имели и потеряли.

Когда Александр уходил, было уже за полночь. На пороге он обернулся.

— Дядюшка, — сказал он, — можно я возьму ту тетрадь? Со стихами?

Пётр Иванович молча протянул ему потёртый томик.

— Возьми. Может, прочтёшь сыну. Пусть знает, что его отец когда-то умел мечтать.

Александр сжал тетрадь в руках и вышел в петербургскую ночь. Он шёл по набережной, и ему казалось, что он молод, что впереди целая жизнь, что всё ещё возможно.

Это была иллюзия, конечно. Обыкновенная иллюзия, каких много в жизни каждого человека. Но иногда именно такие иллюзии делают нашу обыкновенную историю — необыкновенной.

0 0
Новости 01 февр. 03:13

В Румынии найдена «Живая библиотека» Мирчи Элиаде: учёный прививал страницы книг к деревьям в священной роще

Сенсационное открытие в румынских Карпатах перевернуло представление о границах между литературой и природой. Группа дендрологов из Бухарестского университета, исследуя аномально маркированные деревья в окрестностях села Сынджорз-Бай, обнаружила то, что уже называют «Живой библиотекой Элиаде».

Роща из 33 вековых буков хранит в своей коре фрагменты неизвестных рукописей Мирчи Элиаде — всемирно известного историка религий, философа и писателя. Как установили эксперты, в период с 1937 по 1957 год учёный совершал тайные паломничества в это место и с помощью особой техники прививал к деревьям пергаментные листы с текстами.

«Элиаде буквально соединял литературу с вечностью, — объясняет профессор Андрей Попеску, руководитель экспедиции. — Он делал надрезы в коре молодых буков, вкладывал туда свёрнутые страницы, обработанные специальным составом на основе смолы и дубильных веществ. За десятилетия деревья не отторгли чужеродный материал, а впитали его. Чернила проникли в древесные волокна».

Самое поразительное — тексты читаемы. При поперечном срезе ветвей на спиле проступают буквы, ставшие частью годичных колец. Учёные уже идентифицировали фрагменты неизвестного романа «Корни и крылья», философского трактата о сакральной географии Карпат и серию притч, написанных на смеси румынского и санскрита.

«Элиаде верил в мифологическую связь дерева и текста, — комментирует биограф писателя Лучиана Мунтяну. — Для него книга была семенем, которое должно прорасти. Он реализовал эту метафору буквально».

Международное общество истории религий уже направило запрос на включение рощи в список нематериального наследия ЮНЕСКО. Тем временем румынские власти установили охрану территории, а издательство Humanitas ведёт переговоры о публикации «древесных текстов» — страницы будут воспроизведены как отпечатки срезов.

По предварительным подсчётам, 33 дерева хранят около 800 страниц текста, для полного прочтения которых потребуется аккуратно извлечь фрагменты коры возрастом от 70 до 90 лет. Элиаде, скончавшийся в 1986 году в Чикаго, никогда не упоминал о своём эксперименте в опубликованных дневниках.

0 0
Цитата 01 февр. 03:09

Марина Цветаева о природе любви

Любить — видеть человека таким, каким его задумал Бог и не осуществили родители. Не любить — видеть человека таким, каким его осуществили родители. Разлюбить — видеть вместо него: стол, стул.

0 0
Правда или ложь? 01 февр. 02:05

Тайна театральной карьеры классика

Антон Чехов в молодости тайно выступал на любительской сцене под псевдонимом «Антоша Чехонте» и даже получил приглашение в профессиональную труппу, от которого отказался ради медицины.

Правда это или ложь?

0 0
Больше записей нет
1x