Развлекательная лента

Петрушевская: от отчаяния к признанию

Архив Людмилы Петрушевской содержит дневники из 1970-х и 80-х годов. В них — отчаяние. Полное, тотальное отчаяние. Она писала рассказы. Никто их не печатал. Писала пьесы. Их запрещали ставить. Писала романы. Их никто не хотел издавать. Каждый день она встречала при отказ. Каждый день она спрашивала себя: зачем это я делаю? Никто не читает. Никто не слушает. Никто не нужно. И все же писала. День за днем. Год за годом. Это не романтичная история о страдающем художнике. Это настоящее, рутинное, серое отчаяние. До тех пор, пока наконец, в 90-е, ее начали публиковать. Ее голос был услышан. Но она не забыла эти годы. И писала о них без сентиментальности. Как о войне, которая в конце концов кончилась, но оставила раны.

безвестность цензура письма упорство анализ

Продолжение поэзии 03 апр. 11:15

Мой дар убог... — продолжение стихотворения Евгения Баратынского

Творческое продолжение поэзии

Это художественная фантазия на тему стихотворения «Мой дар убог, и голос мой не громок...» поэта Евгений Абрамович Баратынский. Как бы мог звучать стих, если бы поэт продолжил свою мысль?

Оригинальный отрывок

Мой дар убог, и голос мой не громок,
Но я живу, и на земле мое
Кому-нибудь любезно бытие:
Его найдет далекий мой потомок
В моих стихах: как знать? душа моя
Окажется с душой его в сношенье,
И как нашел я друга в поколенье,
Читателя найду в потомстве я.

— Евгений Абрамович Баратынский, «Мой дар убог, и голос мой не громок...»

МОЙ ДАР УБОГ...
(Продолжение)

Я не ропщу. Безвестность — не проклятье.
Что громкий глас? Он отзвучал — и нем.
А тихий стих — как дальнее объятье
того, кого не встретил ты совсем.

Быть может, там — за далью — в дне осеннем —
мой дальний правнук, отрок, незнаком,
раскроет книгу желтую с волненьем
и задохнется — над моим стихом.

«Как странно, — скажет. — Этот давний голос
знал обо мне. Он мне — сюда — писал.
Через столетье — тоненький, как волос, —
протянут луч. И я его узнал.»

В том — вся награда. В том моя отрада:
не мрамор, не венок, не гул толпы —
строка. Одна строка. И если надо
ей век — чтоб прорасти из-подо тьмы, —

не всякий плод торопится созреть,
не всякий ключ выходит в час урочный.
Иному слову — нужно умереть,
чтоб воскреснуть — поздней — но бессрочно.

Я подожду. Спешить мне ни к чему.
Мой дар убог — но он умеет длиться.
Кто тихо пел — тот долго будет сниться.
Кто громко пел — тот канет в полутьму.

поэзия Баратынский философская лирика русская классика бессмертие стиха элегия безвестность потомок

Приведи заказчика на IT-проект — получи 10%

10% от суммы контракта

Реферальная программа для разработки под задачу: приведи заказчика на IT-проект (сайт, CRM, Telegram-бот, AI-ассистент, мобильное приложение, интеграция, парсер, AI/ML) — и получи 10% от суммы контракта, когда сделка закроется. Команда с опытом коммерческой разработки более 20 лет.

Подробнее

Лента контента

Петрушевская: от отчаяния к признанию

Мой дар убог... — продолжение стихотворения Евгения Баратынского

Приведи заказчика на IT-проект — получи 10%

Петрушевская: от отчаяния к признанию

Мой дар убог... — продолжение стихотворения Евгения Баратынского

Приведи заказчика на IT-проект — получи 10%

Теги