Лента контента

Откройте для себя интересный контент о книгах и писательстве

Хайку 28 янв. 23:14

Письма в комоде

Письма в комоде
Выцвели слова любви
Сердце помнит всё

Хайку 27 янв. 08:51

Весна в переплёте

Почки на ветках
В книге засохший цветок
Помнит прошлое

Петербургский снег

Петербургский снег

Творческое продолжение поэзии

Это художественная фантазия в стиле поэта Осип Мандельштам. Как бы мог звучать стих, вдохновлённый творчеством мастера?

Оригинальный отрывок

«В Петербурге мы сойдёмся снова, / Словно солнце мы похоронили в нём, / И блаженное, бессмысленное слово / В первый раз произнесём» — эти строки Мандельштама о Петербурге стали отправной точкой для нового стихотворения, развивающего тему города как хранилища памяти, голосов и человеческих судеб.

— Осип Мандельштам

Когда снег ложится на город Петра,
на шпили, на львов, на гранит набережных,
душа обретает особый покой,
как будто душа — это тоже пейзаж.

Здесь каждая тень — это чей-то портрет,
здесь эхо шагов превращается в речь,
и Мойка несёт свой неспешный ответ
на то, что никто не сумел уберечь.

Я помню: вот здесь, у чугунных перил,
стоял человек и смотрел на волну.
Он что-то шептал, он о чём-то просил,
и голос его уходил в тишину.

Теперь на его месте — только снег,
и фонарей желтоватая медь.
Но если прислушаться — слышится смех,
и плач, и попытка допеть.

Этот город умеет хранить голоса,
как патефонные старые трубы.
И если закрыть на мгновенье глаза,
услышишь, как шепчут замёрзшие губы.

Они говорят о любви и войне,
о белых ночах и блокадной зиме,
о том, как тепло было в этой стране,
когда мы ещё не сходили с ума.

Снег падает. Падает. Мерно. Всегда.
Он ляжет на Невский, на Сенную, Спас.
И станет единственной меркой суда
то, как мы любили, покуда был час.

А время — оно здесь совсем ни при чём.
Оно лишь река, что течёт подо льдом.
И мы — только снег на чугунном плечом
атланта, держащего каменный дом.

Когда-нибудь мы превратимся в слова,
в строку на какой-нибудь жёлтой странице.
Но город запомнит — была синева,
был снег, и любовь, и чужие ресницы.

И этого, в общем, достаточно нам,
чтоб длиться сквозь время, сквозь память, сквозь холод.
Я знаю: однажды, прижавшись к словам,
нас вспомнит такой же заснеженный город.

Армянская ночь

Армянская ночь

Творческое продолжение поэзии

Это художественная фантазия в стиле поэта Осип Мандельштам. Как бы мог звучать стих, вдохновлённый творчеством мастера?

Оригинальный отрывок

«Ты розу Гафиза колышешь...» — в армянском цикле Мандельштама звучит особая нота преклонения перед древней культурой. Поэт писал: «Я повторял про себя: как звуковые раковины, армянский язык — морская гостья на этих каменистых сушах». Мандельштам посетил Армению в 1930 году, и это путешествие стало для него духовным возрождением после лет молчания.

— Осип Мандельштам

В Армении ночь — это каменный сон,
Где горы вздыхают, как старый закон.
Арарат в темноте — словно древний псалом,
И звёзды дрожат над армянским селом.

Я слышу, как персик роняет свой плод,
Как время течёт, словно горный народ —
Неспешно, упрямо, сквозь камень и соль,
Сквозь чёрную землю и вечную боль.

Здесь воздух — как хлеб, что пекут на заре,
Здесь каждый булыжник — как память о зле,
Которое было, которое есть,
Которое гордость не даст перенести.

В Армении ночь пахнет кровью и вином,
Тутовым деревом и древним письмом.
Хачкары стоят, как немые века,
И к ним припадает сухая рука

Старухи, чьи слёзы давно солоней,
Чем воды Севана, чем память о ней —
О юности, сгинувшей в турецкой ночи,
О братьях, о сёстрах... Молчи же, молчи.

Но я не молчу — я кричу в пустоту:
Армения! Я твою боль понесу
Сквозь петербургские мокрые сны,
Где камни не помнят армянской весны.

О, эта земля, где Христос был зачат
Вторично — из крови и слёз без преград!
Где каждый ребёнок рождается с тем
Старинным знаньем, что мир — это плен.

В Армении ночь — это каменный хор,
Где голос дудука ведёт разговор
С теми, кто ушёл, кто растаял, как дым,
Над красным Масисом, над горем людским.

И я — акмеист, собиратель камней —
Склоняюсь пред этой землёю твоей,
Армения! Слово — гранит и базальт.
Армения! Песня. Молитва. Асфальт

Дорог, по которым идут и идут
Твои сыновья — кто в Париж, кто в Бейрут,
Кто в Лос-Анджелес, кто в холодный Тифлис...
Но корни — вот здесь. Посмотри же! Вглядись!

В Армении ночь — это тысяча лет,
Спрессованных в камень, в молитву, в рассвет.
И утро придёт — как приходит всегда,
С барашком тумана, с кувшином вода.

И женщина выйдет — босая, в платке —
С лавашем горячим в сухой руке.
И скажет: «Барев дзез» — и этот привет
Вместит в себя всё: и любовь, и завет.

В Армении ночь переходит в восход.
Арарат розовеет. Армянский народ
Встаёт — как вставал он две тысячи лет.
И смерти, поверьте, — поверьте — нет.

Участок 11,8 сот. ИЖС + проект виллы-яхты

2 600 000 ₽
Калининградская обл., Зеленоградский р-н, пос. Кузнецкое

Участок 1180 м² (ИЖС) в зоне повышенной комфортности. Газ, электричество, вода, оптоволокно. В комплекте эксклюзивный проект 3-этажной виллы ~200 м² с бассейном, сауной и террасами. До Калининграда 7 км, до моря 20 км. Окружение особняков, первый от асфальта.

Раздел 1:01 30 янв. 17:58

Почтальон, который носил письма звёздам

Почтальон, который носил письма звёздам
Сказка

В самый тихий час ночи, когда даже ветер засыпает в кронах старых лип, а луна роняет на землю серебряные монетки света, по узким улочкам маленького города ходил необычный почтальон. Никто не знал его имени, но все называли его просто — Ночной. Он носил выцветший синий плащ цвета предрассветного неба и сумку, сшитую из лоскутков тумана. А письма, которые он разносил, были адресованы не людям — они предназначались звёздам.

Каждую ночь, ровно в час пополуночи, Ночной выходил из своего домика, что прятался между корнями древнего дуба на городской окраине. Дуб этот был таким старым, что помнил времена, когда город был ещё деревней, а деревня — поляной посреди дремучего леса.

В ту особенную ночь, о которой пойдёт наш рассказ, к домику Ночного прибежала маленькая девочка. Звали её Полина, и было ей семь лет от роду. Она была в ночной рубашке и босиком, а в руках сжимала конверт, склеенный из обёрточной бумаги и украшенный рисунком кривоватой звезды.

— Господин Почтальон! — прошептала Полина, потому что ночью все говорят шёпотом, даже если не знают почему. — Мне очень нужно отправить письмо!

Ночной вышел на порог. Вблизи он оказался совсем не страшным — морщинистое лицо, добрые глаза цвета вечернего неба и борода, в которой запутались мелкие серебристые искорки, похожие на звёздную пыль.

— Кому же ты пишешь так поздно, малышка? — спросил он голосом, похожим на шелест страниц старой книги.

— Моей бабушке, — ответила Полина. — Мама говорит, что бабушка теперь живёт на небе, среди звёзд. Но я не знаю, какая именно звезда — её. Может быть, вы знаете?

Ночной присел на корточки, чтобы его глаза оказались напротив глаз девочки. В них блеснуло что-то влажное, но, может быть, это просто отразился лунный свет.

— Знаешь что, — сказал он, — сегодня я возьму тебя с собой в доставку. Ты сама сможешь найти нужную звезду.

Он достал из кармана плаща маленький свисток, вырезанный из лунного камня, и тихонько дунул. Звук был почти неслышным, похожим на вздох спящего ребёнка.

Из тумана, что клубился между домами, появилась лодка. Она была сделана из серебристого дерева и покачивалась в воздухе, будто плыла по невидимым волнам. На носу лодки сидел пушистый кот дымчатого цвета. Его глаза светились мягким янтарным светом.

— Это Навигатор, — представил кота Ночной. — Он знает дорогу ко всем звёздам.

Полина забралась в лодку, и та бесшумно поднялась над крышами спящих домов. Город внизу казался игрушечным — крохотные окошки, тоненькие улицы, пушистые деревья, похожие на кусочки мха.

Ночной достал из сумки первое письмо и посмотрел на адрес.

— Третья звезда от Полярной, западное направление, — прочитал он. — Это письмо от мальчика, который просит подарить ему храбрость перед завтрашним выступлением в школе.

Лодка подплыла к маленькой мерцающей звёздочке. Вблизи она оказалась живой — переливалась голубым и розовым, будто дышала. Ночной опустил письмо в её сияние, и оно растворилось, превратившись в светлячка, который нырнул в самое сердце звезды.

— Теперь мальчик получит свой подарок? — спросила Полина.

— Завтра утром он проснётся и почувствует в груди маленький тёплый огонёк. Это и будет храбрость.

Они плыли от звезды к звезде. Навигатор указывал путь взмахом пушистого хвоста, и лодка послушно поворачивала. Ночной доставил письмо от старушки, которая просила вернуть ей память о первом поцелуе. Письмо от рыбака, который хотел узнать, вернётся ли его сын из дальнего плавания. Письмо от маленькой собаки — да-да, животные тоже умеют писать звёздам, просто делают это лаем и скулением, а Ночной переводит.

Наконец лодка остановилась.

— Посмотри вокруг, — сказал Ночной. — Прислушайся. Какая звезда зовёт тебя?

Полина закрыла глаза. Вокруг было так тихо, что она слышала, как мерцают звёзды — каждая со своим звуком, похожим на далёкую музыку. И вдруг она услышала знакомый мотив — колыбельную, которую бабушка пела ей перед сном.

— Вон та! — Полина указала на звезду, которая светилась чуть теплее остальных, янтарным, медовым светом.

Лодка подплыла ближе, и девочка увидела, что звезда похожа на маленький домик с круглыми окошками. В окошках горел свет, а на крылечке в кресле-качалке сидела... бабушка. Она выглядела моложе, чем Полина её помнила, и вязала шарф из лунных лучей.

— Бабуля! — закричала Полина, забыв, что ночью нужно говорить шёпотом.

Бабушка подняла голову и улыбнулась той самой улыбкой, от которой внутри становилось тепло и спокойно.

— Здравствуй, ягодка моя, — сказала она голосом, похожим на журчание летнего ручья. — Я знала, что ты найдёшь дорогу.

Полина протянула письмо, но бабушка покачала головой.

— Оставь его себе. Я уже знаю, что в нём написано. Ты скучаешь, и я тоже скучаю. Но посмотри — я теперь всегда рядом. Каждую ночь, когда ты смотришь в окно, ты видишь мой домик. Мой свет.

— Но я хочу обнять тебя, — прошептала Полина, и слёзы покатились по её щекам.

— А ты закрой глаза и представь, — сказала бабушка. — Чувствуешь?

Полина закрыла глаза. И почувствовала — тепло, запах бабушкиных пирогов с яблоками, мягкое прикосновение морщинистых рук.

— Я буду приходить к тебе в снах, — пообещала бабушка. — Каждую ночь. А когда тебе будет грустно, просто посмотри на мою звезду и помаши рукой. Я помашу в ответ.

Лодка медленно поплыла вниз, к земле. Полина оглядывалась на янтарную звезду до тех пор, пока та не стала просто яркой точкой среди тысяч других.

Когда они опустились к домику под дубом, Ночной достал из кармана что-то маленькое и вложил в ладонь Полине. Это была крошечная бутылочка со светящейся пылью внутри.

— Звёздная пыль, — объяснил он. — Если когда-нибудь тебе станет очень одиноко ночью, высыпь немного на подоконник. И жди.

— Чего ждать? — спросила Полина.

— Увидишь, — улыбнулся Ночной, и его улыбка была похожа на свет далёкой звезды.

Навигатор проводил девочку до дома, бесшумно ступая по лунным дорожкам. У калитки он потёрся о её ноги, мурлыкнул что-то на своём кошачьем языке и растворился в тумане.

Полина забралась в постель. Письмо, которое она так и не отдала, лежало на подушке. Она развернула его и перечитала:

«Дорогая бабушка! Я скучаю. Приходи ко мне во сне. Люблю тебя. Полина».

А потом приписала карандашом: «P.S. Ты уже пришла. Спасибо».

За окном, на самом краю неба, мигнула янтарная звезда. Полина помахала ей рукой, прежде чем глаза сами собой закрылись.

Той ночью ей приснился самый тёплый сон в её жизни — бабушкин домик, пироги с яблоками и колыбельная, которая никогда не заканчивается.

А Ночной всё ещё ходил по улицам, разнося письма звёздам. Потому что каждую ночь кто-то пишет небу — о любви, о потерях, о мечтах. И каждую ночь звёзды отвечают — тихо, едва заметно, языком снов и предчувствий.

Нужно только знать, как прислушаться.

И вот сейчас, пока ты читаешь эти строки, Ночной, может быть, проходит мимо твоего окна. И если тебе когда-нибудь захочется написать письмо звезде — просто положи его на подоконник перед сном.

Он обязательно заберёт.

Спокойной ночи.

Цитата 27 янв. 22:08

Владимир Набоков о памяти и времени

Память — это единственный рай, из которого нас не могут изгнать. Прошлое — это не мёртвый груз, который мы тащим за собой, а живая ткань, из которой соткано наше настоящее. Каждое воспоминание — это маленькая вечность, спасённая от забвения.

Новости 15 янв. 15:33

Японские учёные доказали: чтение бумажных книг улучшает память на 25%

Японские учёные доказали: чтение бумажных книг улучшает память на 25%

Группа нейробиологов из Токийского университета опубликовала результаты пятилетнего исследования, которое может изменить наше отношение к формату чтения.

В эксперименте приняли участие более 10 000 добровольцев в возрасте от 18 до 65 лет. Участников разделили на три группы: первая читала исключительно бумажные книги, вторая — только электронные, третья чередовала оба формата.

«Результаты превзошли наши ожидания», — комментирует профессор Хироши Танака, руководитель исследовательской группы. — «Участники, читавшие бумажные книги, продемонстрировали улучшение кратковременной памяти на 25% и долговременной — на 18%. Группа электронных книг показала прирост лишь в 8% и 5% соответственно».

Учёные объясняют феномен несколькими факторами. Во-первых, тактильный контакт с бумагой активирует дополнительные зоны мозга, ответственные за сенсорную память. Во-вторых, пространственное восприятие текста на развороте помогает мозгу лучше структурировать информацию. В-третьих, отсутствие цифровых отвлекающих факторов позволяет глубже погружаться в материал.

Особенно выраженный эффект наблюдался у участников старше 50 лет: регулярное чтение бумажных книг замедляло возрастное снижение когнитивных функций.

Исследование уже вызвало волну интереса со стороны издательств. Ряд крупных японских книготорговых сетей сообщают о росте продаж печатных изданий на 15% после публикации результатов.

Полный текст исследования опубликован в журнале Nature Neuroscience.

Хайку 27 янв. 02:15

Полка забытых снов

Корешки стынут
На полке забытых снов
Годы молчали

Хайку 25 янв. 22:33

Осенний роман

Жёлтый лист в книге
Закладка прошлой любви
Осень вернулась

Сонет о молчании

Творческое продолжение поэзии

Это художественная фантазия на тему стихотворения «Настоящую нежность не спутаешь» поэта Анна Ахматова. Как бы мог звучать стих, если бы поэт продолжил свою мысль?

Оригинальный отрывок

«Настоящую нежность не спутаешь / Ни с чем, и она тиха. / Ты напрасно бережно кутаешь / Мне плечи и грудь в меха.» — тихая, сдержанная интонация Ахматовой, её умение говорить о большом через малое, тема невысказанного.

— Анна Ахматова, «Настоящую нежность не спутаешь»

Я разучилась говорить слова,
Которые имели прежде силу.
Теперь моя единственная мова —
Молчанье, что тебе бы полюбилось.

В молчании есть музыка особая,
Которую не слышит слух обычный.
Она звучит, как память загробовая,
Как свет звезды — прекрасный и привычный.

Ты научил меня молчать красиво:
Не пустотой, а полнотой внутренней.
И я теперь — молчащее огниво,
Готовое в любой момент к вечерне.

К вечерне слов, которые — не скажешь,
К вечерне чувств, которых — не измерить.
И ты придёшь, и руку мне покажешь,
И я смогу — поверить и проверить.

Проверить: было ль всё на самом деле?
Или приснилось в предрассветном мраке?
Эти глаза, эти руки, эти хмели,
Которыми мы опьянялись в браке.

В браке молчанья. В браке понимания.
Без слов, без клятв, без обещаний громких.
Лишь тишина — как знак существования,
Как слепок жизни на стекле потомков.

И я молчу. И буду впредь молчать.
Это мой дар. Мой голос. Моя сила.
Молчание — вот истинная мать
Всего, что я когда-либо любила.

Нечего почитать? Создай свою книгу и почитай её! Как делаю я.

Создать книгу
1x