Караван — стихотворение в стиле Николая Гумилева
Творческое продолжение поэзии
Это художественная фантазия в стиле поэта Николай Степанович Гумилев. Как бы мог звучать стих, вдохновлённый творчеством мастера?
Оригинальный отрывок
Я конквистадор в панцире железном,
Я весело преследую звезду,
Я прохожу по пропастям и безднам
И отдыхаю в радостном саду.
Как смутно в небе диком и беззвездном!
Растет туман... но я молчу и жду
И верю, я любовь свою найду...
Я конквистадор в панцире железном.
Я видел сон: уходит караван
сквозь раскаленный воздух Аравии,
и проводник, заветами не пьян,
один глядит в созвездия и в выси.
Верблюды шли, бесшумны и горды,
качая горбы, полные поклажи;
им снились финиковые сады
и медный звон стамбульского пассажа.
А я в седле, неузнан и нелюдим,
держал ладонь на рукояти кривой,
и был мне путь и сладок, и любим, —
как женщина с тяжелою косой.
Песок шептал чужие имена,
ложился в складки красного бурнуса;
качалась в небе старая луна —
рожок аравитянина, искуса.
И где-то там, за полосой солончаков,
где встанет город из библейской глины,
меня поднимут на щиты врагов —
и я приму, как должно, эти спины.
Но прежде — пыль, и колокольцев медь,
и стон ремней, и звезд тяжелых грозди,
и коршуны, готовые лететь
за тем, кто упадет в горячем гросте.
Я знаю: я не первый и не сотый,
кто шел туда, где небо — как клинок.
Но для того ли строится дорога,
чтоб кто-то по ней выйти к Богу мог?
Конквистадор в потертом капюшоне,
я сам себе — и царь, и волопас.
И ястреб надо мной в раскаленной кроне
спокойно ждет назначенного часа.
Не страшно жить. И не страшнее — петь.
Страшнее — не пойти, оставшись в гостье,
и в зеркале однажды разглядеть
не рыцаря, а пыль на старой трости.
Загрузка комментариев...